Читать онлайн книгу Сила эмпатии. Ключ к конструктивному общению и успешным переговорам
![](/800/600/https/itexts.net/files/books/160/oblozhka-knigi-sila-empatii.-klyuch-k-konstruktivnomu-obscheniyu-i-uspeshnym-peregovoram-104263.jpg)
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Назад к карточке книгиДонни Эбенштейн
Сила эмпатии. Ключ к конструктивному общению и успешным переговорам
Donny Ebenstein
I Hear You
Repair Communication Breakdowns, Negotiate Successfully, and Build Consensus… in Three Simple Steps
Издано с разрешения AMACOM, a division of American Management Association, International
© Donny Ebenstein, 2013
Published by AMACOM, a division of American Management Association, International, New York. All rights reserved.
© Перевод на русский язык, издание на русском языке, оформление. ООО «Манн, Иванов и Фербер», 2014
Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.
Правовую поддержку издательства обеспечивает юридическая фирма «Вегас-Лекс»
© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес
* * *
Предуведомление
В книге приведено множество диалогов и конкретных ситуаций, иллюстрирующих применение теории на практике. Хотя эти истории взяты из реальной жизни, настоящие имена действующих лиц и другие отличительные признаки были изменены, чтобы сохранить неприкосновенность личной жизни. Многие случаи представляют своего рода сплав опыта разных людей.
Введение
От конфликта к консенсусу
За три года в Гарвардской школе права я осознал, что на самом деле не хочу быть юристом. Вместо того чтобы сражаться, как гладиатор, за интересы клиентов, я захотел помогать людям слушать друг друга, более эффективно общаться и разрешать конфликты по-дружески. Тогда бы они смогли преодолеть текущие разногласия и научиться избегать конфликтных ситуаций в будущем.
Вскоре после выпуска мне выпал шанс всей жизни – я выиграл стипендию и место молодого специалиста в центре разрешения конфликтов под эгидой Верховного суда Коста-Рики. В столице Коста-Рики Сан-Хосе я пробыл меньше недели. В воскресенье вечером мне позвонила Габриэла, наш главный инструктор. Докладчик, который должен был сопровождать ее в командировке на юг страны, неожиданно отказался от поездки по личным обстоятельствам. Теперь, сказала она, команде не хватает одного докладчика – не мог бы я его заменить?
Я ощутил одновременно восторг и ужас. Мне предоставлялась возможность учить людей разрешать конфликты. Но был ли я готов заниматься этим в чужой стране, на чужом языке? Что, если меня ждет сокрушительный провал?
– Конечно, я поеду, – услышала Габриэла.
Презентация должна была состояться в Сьерпе, маленьком городке среди тропических болот неподалеку от Тихоокеанского побережья. Было жарко, влажно, я чувствовал себя ужасно и от души проклинал свою рубашку, застегнутую на все пуговицы, галстук и шерстяные костюмные брюки. Мой североамериканский желудок, неспособный справиться с местной водой, скручивало спазмами. Потный и несчастный, я приплелся на место. В помещении был бетонный пол и три стены, крыша заросла травой. Хозяева поставили проектор и около шестидесяти стульев для слушателей. Микрофона не оказалось. Акустика в помещении была из рук вон плохая – мне приходилось почти кричать.
Несмотря на все эти затруднения, а также мой далеко не идеальный испанский, презентация прошла очень хорошо. Моя уверенность окрепла, и я провел еще несколько похожих презентаций, а также выступил в качестве посредника при разрешении нескольких судебных конфликтов в Сан-Хосе и других городах. Мне по-прежнему сопутствовал успех, и я вернулся из Коста-Рики с твердым решением сделать карьеру в этой сфере. С тех пор как мне посчастливилось превратить увлечение в профессию, прошло 17 лет. Возвращаясь мыслями к своей первой презентации, могу сделать два важных вывода.
Во-первых: когда учишь людей тому, во что веришь сам, обстановка не имеет значения. Я успешно выступал как инструктор, посредник, координатор, консультант, методист и коуч. Я работал с руководителями компаний, учителями, психологами, военными, управляющими хеджевых фондов, социальными работниками, полицейскими, продавцами, адвокатами, директорами школ, банкирами, судьями. Я работал по всему миру: в США, в Латинской Америке, в Европе, на Ближнем Востоке, в Китае, Японии, в Австралии.
Во-вторых: потребность людей получить ответы на базовые вопросы универсальна. Как наладить эффективную коммуникацию? Как построить и укрепить отношения? Как разрешать конфликты? Неважно, кем были мои слушатели и чем они зарабатывали на жизнь, – эти вопросы возникали постоянно. Помощь в разрешении конфликтов нужна людям всегда и всюду, и когда им дают действенные средства для решения проблемы, это вызывает живейший отклик. Я написал эту книгу, чтобы помочь людям общаться более эффективно, особенно в сложных, отягощенных конфликтами ситуациях.
Сам себе посредник
Впервые я столкнулся с практикой разрешения конфликтов еще студентом, когда выступал в качестве посредника при рассмотрении небольших исков в местном суде. Суммы этих исков были невелики (в пределах нескольких сотен долларов), но накал эмоций порой зашкаливал. Типичные действующие лица в таких случаях – недовольный покупатель, наемный рабочий, не получивший условленной платы, враждующие соседи или даже члены одной семьи. Цель посредничества при разрешении споров – помочь сторонам уладить противоречия дружественным путем, не привлекая судью. Полюбовное соглашение по сравнению с приговором суда имеет множество преимуществ: оно укрепляет взаимное согласие, экономит время, помогает сохранить репутацию и улучшает отношения (что особенно важно, когда спорят соседи или родственники).
Я вызвался пройти обучение на посредника. В течение 32-часового курса мы приобрели множество полезных навыков, в том числе узнали, как найти общий язык со всеми участниками спора, как задавать вопросы, как эффективно слушать и как проявлять эмпатию.
Начав работать посредником при рассмотрении реальных исков, я с изумлением убедился, что эти навыки действительно помогают разрешать конфликты, которые до того казались неразрешимыми, и приводят стороны к приемлемому для всех решению. Я спросил себя: «Почему посредничество так эффективно? Если дело можно было уладить миром, почему этого не сделали раньше? А если это было невозможно, какие действия посредника привели к благоприятному результату?»
Со временем я начал понимать, что посредник играет важную роль в возникновении взаимопонимания между сторонами. Посредник может выслушать каждую точку зрения, понять и оценить ее и в то же время помочь одной стороне услышать и понять другую. Посредник наводит мосты через пропасть непонимания. В свою очередь, взаимопонимание смягчает ситуацию и открывает для сторон новые возможности общения друг с другом и совместного поиска решений, которые не рассматривались ранее.
Однако не всегда имеет смысл приглашать посредника. Если у вас возникли разногласия с коллегой, начальником, подчиненным, важным клиентом или кем-то еще, вы вряд ли можете позволить себе нанять профессионального посредника. В таких случаях вы должны помочь себе самостоятельно, став своим собственным посредником, своей собственной нейтральной стороной. Вы сами можете преодолеть пропасть непонимания, как это сделал бы посредник, и найти выход из ситуации своими силами. Это не значит, что вы должны уступить или сдаться. Это лишь значит, что вы должны изменить угол зрения и взглянуть на ситуацию как нейтральный наблюдатель. В книге вы найдете приемы для выполнения этой задачи.
Глава 1 посвящена проблемам, которые кажутся неразрешимыми. Все мы сталкиваемся с ситуациями, в которых чувствуем себя загнанными в угол и не знаем, как улучшить положение. Первый шаг к выходу из такой ситуации – осознать, что у вас есть силы изменить ее, для начала изменив собственные действия. Даже когда положение представляется безнадежным, динамику межличностного взаимодействия можно изменить, если одна из сторон начнет вести себя по-другому.
Чтобы вести себя иначе с другой стороной, вы должны начать иначе мыслить. Однако нужно не просто найти новые слова – вам предстоит научиться менять угол зрения и переосмысливать ситуацию, чтобы создавать новые возможности для взаимодействия с другой стороной (эта тема раскрывается в главе 2). Переосмыслить ситуацию, однако, не так просто. В главе 3 описаны препятствия, с которыми вы можете столкнуться на этом пути, и приведены способы их преодоления.
«Поставь себя на его место» – все мы не раз слышали этот совет. Но чтобы действительно сдвинуться с мертвой точки, недостаточно просто поставить себя на место другого человека. Скорее вам нужно развить способность видеть ситуацию с нескольких ракурсов одновременно. Случай, прекрасно иллюстрирующий это мое убеждение, произошел со мной однажды вечером, когда я был дома. Я живу на четвертом этаже шестиэтажного многоквартирного дома. Каждый, кто жил в таких домах, знает, что одна из вечных проблем – шумные соседи. В нашем крыле на разных этажах жило несколько семей с маленькими детьми, и все мы производили немало шума.
В тот вечер соседи сверху досаждали больше обычного. Дети бегали по комнатам, топали, бросали на пол игрушки – словом, сплошной шум и гам. Это выводило меня из себя, и я отчаянно боролся с соблазном подняться наверх и сказать: «Вам стоило бы успокоить наконец своих детей и подумать о тех, кто живет внизу».
Но только я так подумал, как услышал грохот из нашей детской, где, судя по звукам, проходил розыгрыш Суперкубка. И я представил, каково это для семьи, которая живет под нами. Уверен, мои дети мешали соседям снизу ничуть не меньше. Но если бы они пришли ко мне жаловаться, я, скорее всего, сказал бы им: «Послушайте, дети шумят, тут ничего не поделаешь. В многоэтажных домах по-другому не бывает».
Этот случай открыл мне глаза. В тот момент я с исключительной ясностью понял, что в данной ситуации есть две одинаково правомочные точки зрения – жильцов верхнего этажа и жильцов нижнего этажа. То же самое верно для любой затруднительной ситуации: существует множество точек зрения, множество разных, но одинаково закономерных и обоснованных способов смотреть на происходящее.
Умение взглянуть на ситуацию с обеих сторон помогло мне справиться с раздражением. В моем случае сделать это было несложно, поскольку я был и соседом сверху, и соседом снизу, одновременно жертвой и виновником шума. Таким образом, мне было намного легче переосмыслить ситуацию и посмотреть на шум, исходящий сверху, глазами соседа сверху, вместо того чтобы раздражаться из-за топота по потолку. Шум не уменьшился. Просто я понял, что родители наверху делают все возможное, так же как мы сами в похожих ситуациях.
Три следующие главы (четвертая, пятая и шестая) предлагают несколько способов изменить угол зрения, не отказываясь от собственного видения, то есть применить парадигму верхнего и нижнего этажа к собственной затруднительной ситуации. Я рекомендую три разных приема, каждый из которых поможет взглянуть на происходящее с высоты птичьего полета: рассказать историю с точки зрения другой стороны (глава 4), научиться видеть себя так, как вас видят другие (глава 5), и осознать, что динамика конфликта зависит не только от вовлеченных в него людей, но и от системы, в которой они функционируют (глава 6). В каждой из этих глав с помощью наглядных примеров и диалогов показано, каким образом вы можете изменить угол зрения. Кроме того, в них даются конкретные советы, как вести разговор с другой стороной после осуществления этого сдвига.
Большую часть времени люди придерживаются собственной точки зрения. Легко обмануться и счесть, что вы разобрались в чужом взгляде, хотя на самом деле упустили из виду ключевые моменты. Главы 4–6 помогут вам убедиться в том, что вы успешно переосмыслили ситуацию и действительно вникли в суть проблемы. Впрочем, иногда люди сталкиваются с противоположной трудностью: они полностью теряют собственную точку зрения. Вместо того чтобы взглянуть на ситуацию с нескольких сторон одновременно, они принимают чужую версию истории и подменяют ею свою. Возможно, вы оказываетесь в таком положении регулярно, возможно – от случая к случаю. В главе 7 вы найдете ответ на вопрос, как переосмыслить ситуацию, не теряя собственной перспективы. К этому моменту у вас уже будет соответствующая подготовка: вы овладеете искусством изложения истории верхнего и нижнего этажа одновременно.
После того как вы приобретете перечисленные навыки, вам предстоит применить новые знания на практике. Чтобы понять, в чем заключается ваша проблема и как перемена угла зрения и переосмысление ситуации помогут вам сдвинуться с мертвой точки, имеет смысл обратиться к ролевым играм. В главе 8 я даю определение ролевых игр и перечисляю их основные преимущества. Ролевая игра может послужить как диагностическим инструментом, так и важным средством подготовки к взаимодействию с другой стороной.
Переосмысление и ролевое проигрывание ситуации подскажут вам множество новых способов сдвинуться с мертвой точки – подробнее об этом говорится в главе 9. Возможны и нестандартные пути улучшения ситуации. Допустим, после того как вы взглянете на вещи иначе, вы обнаружите, что нынешнее положение вас в целом устраивает и достаточно изменить его лишь чуть-чуть. А в исключительных случаях наилучшим решением для вас будет полностью выйти из ситуации. Любой выбор хорош, только бы он был осознанным и взвешенным.
В затруднительных ситуациях нет ничего необычного, они встречаются на каждом шагу. Нас окружают сложные обстоятельства и сложные люди, и никто, даже самый искусный специалист по общению, не способен полностью избежать недопонимания и конфликтов. Но хотя вы не можете контролировать других людей, вы можете контролировать собственное поведение. Методы, описанные в книге, позволят вам самостоятельно изменить ситуацию. Надеюсь, книга поможет вам развить в себе способности наиболее эффективно справляться со сложными ситуациями, в каких время от времени оказываемся все мы.
Глава 1
Изменяем себя
Гарриет начала так: «Послушайте, Джон, мы все разочарованы тренингом, и я думаю, вам стоит отнестись к моему отзыву серьезно». И Гарриет принялась подробно излагать претензии. Пока она говорила, Джон внутренне кипел от негодования. Все ее замечания – буквально все! – были перечислением неприятностей, от которых он заранее предостерегал. Она сказала: «Джон, тренинг был слишком коротким». Джон чуть не задымился: когда он просил продлить тренинг, Гарриет отказала. Она продолжала: «Младшие сотрудники чувствовали себя скованными и вяло участвовали в групповой работе». Когда Джон просил сформировать группы по принципу равного положения, она возразила, что имеет прямое указание не разделять рядовых сотрудников и руководителей. И, как будто этого было недостаточно, она не дала Джону пообщаться с руководством компании один на один, настояв на своем присутствии при всех встречах и телефонных переговорах. Таким образом, Джон не мог ничего сделать без Гарриет. Это существенно затруднило подготовку и не лучшим образом повлияло на результат тренинга.
Высказав все претензии, Гарриет сделала паузу, очевидно, ожидая ответа. Джон хотел высказать все, что думает, однако не решился вступить в открытый спор с клиентом. Что же получилось? Джон «застрял».
Джон попал в ситуацию, знакомую каждому. В общении с важным для вас человеком – клиентом, менеджером, коллегой или членом семьи – время от времени наступают моменты, когда вы не знаете, что говорить и что делать. Возможно, вы не можете найти подходящие слова, или боитесь, что ваши слова прозвучат слишком грубо, или опасаетесь, что ваша честность только ухудшит положение. Но знайте: вы не одиноки, и у вас есть средства, чтобы вырваться из застойной ситуации!
Что такое застойная ситуация
В данном случае «застрять» – не то же самое, что застрять в грязи и буксовать. Скорее это похоже на блуждание по лабиринту, когда вы ходите кругами, но все ваши усилия ни к чему не ведут. Вы просто не знаете, как ответить конструктивно. Вы не представляете, каким образом исправить положение, более того, ваши попытки только ухудшают дело. И у вас возникает чувство, что решения, способного направить события в другое русло, просто не существует.
Приведу пример. На вечеринке у друзей я разговорился с одной женщиной. Ее звали Венди. Она спросила, кем я работаю. Когда я сказал, что обучаю людей слышать друг друга, работать сообща и эффективно вести переговоры в затруднительных ситуациях, Венди рассказала мне о своих отношениях с коллегой. Кевин, один из сотрудников ее отдела, постоянно избегал сверхурочной работы по вечерам или по выходным. Дополнительные задания, от которых он уклонялся, рано или поздно оказывались на столе у Венди. Чем дальше, тем больше ей начинало казаться, что она делает чужую работу. Она пыталась осторожно поговорить об этом с Кевином, но это не помогло. Венди спросила моего совета, и у нас состоялся такой разговор.
Я: Что происходит, когда вы говорите с Кевином о разделении дополнительных обязанностей поровну?
Венди: Ничего хорошего.
Я: Что говорит он?
Венди: Начинает защищаться. Мол, это не мое дело, в какое время он уходит домой.
Я: Что вы отвечаете ему на это?
Венди: Что его стремление уйти пораньше не может нравиться остальным.
Я: А он?
Венди: Он отвечает, что уже сделал свою работу и не видит, в чем проблема.
Я: Он прав?
Венди: И да и нет. Он действительно работает хорошо и быстро. Но я – тоже, да и не только я. Однако у нас не принято уходить ровно в пять. Если можешь взять больше работы, ты это делаешь. И только Кевин уходит по звонку.
Я: Вы так ему и сказали?
Венди: Не в таких выражениях. Но я сказала, что все мы усердно работаем и все хотим пойти домой, и ему стоило бы подумать о других, а не только о себе.
Я: Вы обсуждали проблему с менеджером?
Венди: Ей нет до этого дела. Она сказала, что равномерно распределяет рабочую нагрузку между членами команды и не следит, в какое время уходит Кевин, лишь бы он выполнял свою работу.
Я: И что вы думаете об этом?
Венди: Звучит, конечно, разумно. Но на практике не работает. Не всегда ясно, сколько времени уйдет на выполнение задания. На него может уйти и два часа, и все восемь, и нельзя предугадать, пока не приступишь. Кроме того, мне почему-то кажется, что мне всегда достаются самые сложные и трудоемкие проекты.
Я: Вы говорили с менеджером о порядке распределения заданий?
Венди: Да, говорила. Не прямо, но я все же поднимала эту тему.
Я: Что именно вы сказали?
Венди: Я спросила, каким образом она решает, кому отдать задание, и она ответила, что по большому счету никакой системы нет. Она просто смотрит, кто в последнее время не получал новых заданий, и передает проект этому человеку. У меня возникло ощущение, что мои расспросы ей не нравятся, и я свернула тему.
Я: Чтобы ей не показалось, будто вы критикуете ее?
Венди: Да. Она в таких случаях сразу занимает оборонительную позицию, а иногда даже применяет репрессии к «бунтовщикам». И я не хочу, чтобы в команде меня считали нытиком. К тому же нельзя сказать, что я не в состоянии выполнить эту работу. Если мне нужно оставаться допоздна несколько раз в неделю, ну что ж, так тому и быть.
Я: Однако мне кажется, ситуация вас не удовлетворяет.
Венди: Так и есть. Но я поняла, что иногда идти против всех бесполезно. Думаю, просто нужно признать, что некоторые люди не созданы для командной работы, и выбросить все это из головы.
Венди попала в застойную ситуацию. Ей не нравилось текущее положение дел, но она не чувствовала в себе силы его изменить. Я понял, что Венди «застряла», поскольку она отчетливо выразила чувство обиды и досады. Все попытки Венди улучшить ситуацию, напротив, лишь ухудшали ее. И Венди уже была готова сдаться, хотя проблема явно беспокоила ее – настолько, что она рассказала о ней человеку, которого видела впервые в жизни.
В застойной ситуации вполне естественно опустить руки и отказаться от попыток что-либо изменить. И чем больше негативных эмоций испытывает человек, тем больше вероятность того, что он либо взорвется, либо, наоборот, уйдет в себя. Некоторые делают и то и другое – сначала взрываются, а потом отступают, рвут связи и самоустраняются.
Отрицательные эмоции Венди сказываются не только на ней самой – от них страдает и компания. Венди, успешный и эффективный работник, чувствует себя несчастной, и продуктивность ее работы снижается. Вполне вероятно, что она решит уволиться, а найти замену высококвалифицированному специалисту – недешевое удовольствие.
Эта книга была написана, чтобы помочь тем, кто попадает в похожие застойные ситуации. Вот несколько вопросов, которые помогут вам определить, что вы «застряли».
• Вы не удовлетворены тем, что происходит?
• Вы снова и снова оказываетесь в одних и тех же обстоятельствах? Все из раза в раз происходит по определенной схеме?
• Вы чувствуете, что бессильны изменить ситуацию?
• Вы не представляете, что можно сделать, чтобы улучшить ее?
• Ваши попытки повлиять на ситуацию провалились или даже ухудшили дело?
• Вы все время чувствуете себя несчастным?
• Вы ловите себя на мысли, что имеете дело с самым ужасным человеком в мире?
Если да, эта книга поможет вам.
Назад к карточке книги «Сила эмпатии. Ключ к конструктивному общению и успешным переговорам»Как общаться со сложными людьми — The Village
ИЗДАТЕЛЬСТВО:
«Манн, Иванов и Фербер», 2014 год
Все мы, попав в конфликтную ситуацию, оказываемся в плену предвзятости. Внутренние механизмы защищают и укрепляют выстроенный нами образ себя. Признать собственную неправоту или слабость для многих людей — крайне трудная задача. Даже само допущение «Я могу ошибаться» — а именно этого требует от вас гибкость мышления — уже доставляет вполне ощутимый дискомфорт. Не сражайтесь с собственными защитами. Позвольте себе считать, что в сложившейся ситуации вы на 90 % правы. Вы можете даже считать, что правы на 100 %. Но всё же задайте себе вопрос: «Какими параметрами данной ситуации (моё поведение, мои реакции, чувства) я могу управлять, чтобы её изменить?»
Осознание того, что чья бы то ни было картина мира есть результат субъективного восприятия, помогает отойти от привычной точки зрения и взглянуть на ситуацию другими глазами. Чтобы преодолеть субъективность своего мышления в застойной ситуации, вы можете задать себе следующие вопросы. Какие собранные мною данные заставили меня думать так, как я думаю? Что заметили другие люди, чтобы начать думать так, как думают они? Как я интерпретирую данные? Как мог бы интерпретировать их другой человек? Какие изначальные установки влияют на моё осмысление ситуации?
Не вешайте ярлыков
Предвзятое, искажённое и чрезмерно упрощённое описание другой стороны — частое явление. Дети в этом плане отличаются восхитительной прямолинейностью. Если спросить школьников, почему строгая учительница задаёт так много домашних заданий, они ответят: «Потому что она злая» или «Потому что она нас ненавидит». В устах ребёнка такой ответ удивления не вызывает, но подобным образом иногда мыслят и взрослые — попав в застойную ситуацию, легко вернуться к детской модели поведения.
Когда нам не нравится то, что делает другой человек, мы отводим ему незамысловатую роль в простейшем сценарии: «Он просто не любит планировать», «Она неорганизованная», «Он хочет всех контролировать», «Она эгоистка». Я называю этот феномен двойной неосознанностью — человек не осознаёт точку зрения другого человека и не осознаёт, что он это не осознаёт. Таким образом, первый шаг к выходу из застойной ситуации — это сомнение. Очень важно выработать в себе привычку сомневаться: а верно ли я понимаю собеседника?
Расскажите другими словами
Существует способ лучше понять чужую точку зрения даже в момент конфликта. Я называю этот метод «Расскажите историю по-другому». Рассказать другую версию происходящего как будто легко — нужно всего лишь описать ситуацию с точки зрения другой стороны. Но когда пытаешься это сделать, постоянно подмешиваешь собственные ремарки. Тогда как нужно научиться рассказывать другую версию даже не в нейтральном тоне, а с «обратным уклоном», то есть отдавая предпочтение чужой точке зрения. В точности так, как её рассказал бы другой. Этот приём помогает добиться гибкости мышления и исключительно полезен для перемещения перспективы и конструктивного общения.
Поставьте в центр повествования другого человека. То есть сместите акценты на то, что наиболее важно для этого человека, на те вопросы и проблемы, которые волнуют его больше прочих. Сделайте другого главным героем. Обычно человек воспринимает себя как положительного персонажа, творящего добро. Поэтому, чтобы понять его версию ситуации, вообразите, что он играет в ней благородную роль. Представьте себя злодеем. Когда рассказываете чужую версию истории, нужно помнить, что вы по-прежнему действующее лицо, но только роль у вас уже не та, что в вашей собственной версии. Вы меняетесь местами — у вас здесь роль второго плана, главная роль достаётся собеседнику. Он герой, спасающий мир, а вы злокозненный негодяй, с которым нужно бороться. Это особенно верно в случае конфликта: оппонент назначает на роль злодея вас и приписывает неприглядные мотивы вашему поведению.
Постройте диалог
В подавляющем большинстве случаев застойная ситуация требует открытого разговора. Для начала признайте, что у другого человека уникальная точка зрения, которая так же отвечает его натуре, как ваша точка зрения отвечает вашей натуре. Признание этого свидетельствует об уважении к собеседнику. Это означает, что вы рассматриваете его как равного и, хотя можете с ним и не соглашаться, считаете его точку зрения достойной внимания. Можно начать так: «Я хочу улучшить наше общение, и я осознаю, что у нас очень разные представления о том, как следует вести трудные разговоры».
Затем опишите чужую версию истории, прежде чем делиться своей. Есть большой соблазн сразу выплеснуть накопившееся у вас внутри, но благоразумнее сначала вкратце изложить точку зрения другой стороны. Зачем? Во-первых, вы проверите, верно ли представляете себе чужую версию. Если нигде не ошибётесь, можно двигаться дальше. Если ошибётесь — собеседник вас поправит. И эта поправка станет первым намёком на то, как он сам видит ситуацию. Нет смысла строить общение, фундамент которого зиждется на недопонимании. Во-вторых, рассказав чужую версию, вы покажете, что понимаете другого человека. Люди, почувствовав, что их понимают, гораздо охотнее выслушают иную точку зрения. В противном случае они будут настойчиво искать способ изложить своё мнение, а не прислушиваться к вашему. Вы можете начать так: «Я подумал о том, как ты можешь смотреть на вещи, и хочу поделиться с тобой тем, что мне удалось понять. Пожалуйста, дай знать, правильно ли я тебя понимаю или же упустил что-то важное».
После того как вы изложили точку зрения другого человека и получили его одобрение, можете поделиться своей точкой зрения. Здесь важно донести до собеседника во внятной форме: ваша цель — поделиться с ним своей перспективой, а не победить его в споре или принизить его точку зрения. Напомните ему, что различия во взглядах естественны и у него есть свои причины для того, чтобы думать по-своему, так же как у вас есть свои. Вы можете перейти к изложению собственной точки зрения так: «Я хочу поделиться, как смотрю на вещи я, и услышать твою реакцию. Ясно, что мы видим ситуацию по-разному, и это нормально. Надеюсь, что сумею лучше понять твои взгляды и помогу тебе узнать больше о своих. Моя цель — не оказаться правым, а понять и быть понятым».
И наконец, в ходе разговора полезно переключаться с одной перспективы на другую, то есть во время изложения своей версии отмечать пункты, в которых она расходится с версией другой стороны, не забывая подчеркивать при этом правомочность чужой точки зрения. Озвученное совмещение обеих перспектив — стоящих бок о бок, на равных основаниях — усиливает впечатление, что вы открыты для другой точки зрения, хотя можете с ней не соглашаться. Рассматривая диалог как обмен мнениями, а не как спор, где обязательно должен быть победитель и проигравший и где одна точка зрения непременно должна оказаться правильнее другой, вы усмиряете инстинктивную тягу обороняться, способствуете более свободному общению. Что, в свою очередь, приводит к улучшению отношений и эффективному решению проблемы.
«Сила эмпатии» Донни Эбенштейн | Блог 4brain
Ты едешь ранним погожим утром по шоссе и тебе никак не обогнать новичка с буквой «У» в левом верхнем углу, который едет настолько медленно, что можно выйти из машины, не останавливаясь, и так же не спеша её догнать. Ты начинаешь злиться, настроение портится, мозг занят не любованием красотами загородной природы и не предвкушением встречи с семьей, а подбором нелестных эпитетов по поводу раздражителя впереди.
Или подруга в очередной раз пришла в гости жаловаться на начальство, которое не ценит, не повышает заработную плату и заставляет задерживаться после окончания рабочего времени. Ты, негодуя, советуешь бросить эту работу и искать себе новую, уверяя подругу, что та – высококлассный специалист. (Хотя в действительности понятия не имеешь, что именно она представляет из себя на работе.)
Как связаны эти две ситуации?
В обоих случаях человек ставит во главу угла себя и свои интересы и не задаётся вопросом: что может думать о сложившейся ситуации другая сторона – в первом случае начинающий водитель, во втором начальство подруги. Чтобы найти выход из неприятных ситуаций, иногда достаточно просто включить воображение и представить себя на месте другого участника конфликта. Начать думать в подобном ключе для человека, к этому не привыкшего, может быть довольно сложно. Но стоит начать, и многие жизненные ситуации не дорастают до конфликта. Если водитель из ситуации №1 вспомнил бы, что его дочь полгода назад села за руль и периодически переживает из-за несдержанности других более опытных водителей на дороге, которые сигналят и подрезают её, то с большой вероятностью он бы просто завернул в магазин по дороге или терпеливо ждал прерывистой линии, чтобы совершить безопасный манёвр.
Именно умение взглянуть на ситуацию с другой стороны называется эмпатией. Автор подмечает, что одно из важных принципов парадигмы верхнего и нижнего этажа (обеих сторон конфликта) – изменить свой угол зрения, не отказываясь от собственного видения. Эбенштейн называет это «перемещение перспективы». Анализируя опыт, который он приобрел, возглавляя свою компанию, которая занималась поддержкой в проведении переговоров, достижении соглашений и разрешении конфликтов, автор призывает нас помнить несколько постулатов:
- Мы все иногда заходим в тупик.
- То, в какие именно застойные ситуации вы попадёте, обусловлено вашей личностью.
- Возможно, вы не сразу поймёте, в чём, собственно дело.
- У проблемы не всегда существует чёткое и объективно правильное решение.
- Гибкое мышление позволяет нам найти несколько вариантов.
- Если вы принимаете на время чужую точку зрения, это не означает, что вы должны отказаться от собственной.
- Решение должно соответствовать вашим личным особенностям.
- Какой-то выход есть всегда.
- Умение приходит с опытом.
Купить и прочитать книгу «Сила эмпатии» можно на сайте издательства.
Читать Сила эмпатии: как развить свои интуитивные таланты — Дейл Синди — Страница 1
Синди Дейл
Сила эмпатии: как развить свои интуитивные таланты
Cyndi Dale
The Spiritual Power of Empathy. Develop Your Intuitive Gifts for Compassionate Connection
© ИГ «Весь», 2017
* * *
![Сила эмпатии: как развить свои интуитивные таланты - i_001.jpg](/800/600/https/online-knigi.com/pic/6/0/8/9/3/1/608931/1521473889/i_001.jpg)
Дорогой Читатель!
Искренне признателен, что Вы взяли в руки книгу нашего издательства.
Наш замечательный коллектив с большим вниманием выбирает и готовит рукописи. Они вдохновляют человека на заботливое отношение к своей жизни, жизни близких и нашей любимой Родины. Наша духовная культура берёт начало в глубине тысячелетий. Её основа – свобода, любовь и сострадание. Суровые климатические условия и большие пространства России рождают смелых людей с чуткой душой – это идеал русского человека. Будем рады, если наши книги помогут Вам стать таким человеком и укрепят Ваши добродетели.
Мы верим, что духовное стремление является прочным основанием для полноценной жизни и способно проявиться в любой области человеческой деятельности. Это может быть семья и воспитание детей, наука и культура, искусство и религиозная деятельность, предпринимательство и государственное управление. Возрождайте свет души в себе, поддерживайте его в других. Именно это усилие создаёт новые возможности, вдохновляет нас на заботу о ближних, способствуют росту как личного, так и общественного благополучия.
Искренне Ваш,
Владелец Издательской группы «Весь»
Пётр Лисовский
![Сила эмпатии: как развить свои интуитивные таланты - i_002.png](/800/600/https/online-knigi.com/pic/6/0/8/9/3/1/608931/1521473889/i_002.png)
Об авторе
Синди Дейл (шт. Миннеаполис, MN) – всемирно известный писатель, лектор, целитель и бизнес-консультант. Она является президентом службы Life Systems Services, через которую провела более тридцати пяти тысяч клиентских сеансов и представила учебные курсы по всей Европе, Азии и Америке.
Введение
![Сила эмпатии: как развить свои интуитивные таланты - i_003.png](/800/600/https/online-knigi.com/pic/6/0/8/9/3/1/608931/1521473889/i_003.png)
Если бы нам пришлось давать определение эмпатии, большинство описало бы ее односторонне, просто как сочувствование, сопереживание, как представление того, что может произойти с другим человеком. Но, проработав десятки лет «наставником по интуиции», проведя множество исследований и написав немало работ о тонкоэнергетической медицине и применении интуиции и духовных дарований, я выяснила, что мы не до конца понимаем, что такое эмпатия.
Однако прежде чем развеять наши заблуждения, важно отметить, что эмпатию тщательно исследовали и изучали множество выдающихся личностей, начиная с врачей-специалистов (психологов и неврологов) и заканчивая мудрецами, святыми и целителями. Один из современных писателей и учителей, внесший большой вклад в наше понимание эмпатии, – это Дэниел Гоулман, доктор философии. Его работа будет кратко рассмотрена в первой части. Разграничив когнитивную эмпатию, эмоциональное сопереживание и то, что он назвал эмпатическим интересом, Гоулман открыл новые возможности для осознания этих врожденных способностей.
Тем не менее, несмотря на важные идеи и выводы, которые он и многие другие мыслители предложили для лучшего понимания эмпатии, она все еще слишком часто воспринимается как единое качество, а не совокупность талантов. Через свою работу я пришла к пониманию, что эмпатия выходит далеко за рамки того упрощенного представления, которое имеется о ней у большинства из нас. Эмпатия охватывает мысли, восприятия, ощущения и почти любой вид осознанности, которой нас наделили Бог и природа, в том числе и экстрасенсорные способности, и распространяется не только на отдельных людей, но и на целые группы, животных, растения и даже объекты неживой природы. На мой взгляд, полностью развитые эмпатические способности включают многомерный набор духовных талантов, действующих, в основном, в тонком теле, которое представляет собой совокупность структур, объединенных тонкой или трудноуловимой энергией. Наша тонкоэнергетическая анатомия состоит из каналов (таких как меридианы), тел (включая чакры) и полей (таких как аура). И когда задействована вся эта сила, мы становимся способны к глубокому единению и пониманию.
Об эмпатии рассуждают так, словно уже точно известно, что это такое, но в действительности понятие эмпатии намного больше любого определения, которое может быть приведено в словарной статье или даже в целом учебнике психологии; психологию она включает в себя, но выходит далеко за ее пределы. Конечно, на самом глубинном уровне красота эмпатии нам уже ведома – без всяких описаний. И эта книга познакомит вас с вашей врожденной способностью к эмпатии, причем так, что ваше мировоззрение и образ жизни преобразятся.
Эту книгу я начала писать не только, чтобы донести до читателя все связанные с эмпатией открытия – свои и чужие – во всей их глубине и широте, но и как практическое руководство по расширенному осознанию эмпатии и ее действия на вас и для вас. В примерах из моей жизни и жизни моих клиентов, в тех переживаниях, которыми я буду делиться в дальнейшем, вы вполне можете узнать себя и испытать собственные моменты просветления и озарения. У вас может возникнуть своего рода воссоединение с внутренним «Я», связывающее моменты, о которых вы уже давным-давно и думать забыли. И шаг за шагом, с помощью предложенных здесь инструментов, методик и подсказок вы вскоре сможете обращаться к своим эмпатическим способностям в любое время, когда будет желание или необходимость.
Эмпатия и экстрасенсорные способности
![Сила эмпатии: как развить свои интуитивные таланты - i_003.png](/800/600/https/online-knigi.com/pic/6/0/8/9/3/1/608931/1521473889/i_003.png)
Ключом к раскрытию силы эмпатии служит понимание всех ее уровней, потенциально доступных для вас, в том числе и тех, что относятся к экстрасенсорике или эзотерике. Многие специалисты по эзотерике используют термин «clairempathy», что дословно означает «ясносопереживание» (наподобие ясновидения или яснослышания) и относится к уникальному духовному опыту, который позволяет вам воспринимать чужие мысли, эмоции и ощущения. Но лично я полагаю, что эмпатия куда более многомерна, чем подразумевает этот термин; она включает в себя целый набор тонкоэнергетических или экстрасенсорных способностей, а также более широко распространенные навыки, такие как умение просто быть рядом и слушать. Поэтому я предпочитаю не использовать слово «ясносопереживание». Для меня более выразительным является собирательный термин «эмпатия», потому что он охватывает весь спектр эмпатического опыта, как тонкий, так и «вещный». Подобно другим понятиям, имеющим для нас огромное значение, таким как любовь или забота, эмпатия представляет собой многослойное, глубокое сердечное переживание, называемое общением (единением).
Все мы любим общаться. Что еще важнее, общаться нам необходимо. Младенцы без общения хуже развиваются; старики, оставшись в одиночестве в отдельных квартирах, ощущают себя брошенными и впадают в депрессию. Есть такие виды поведения и отношений, которые могут сформировать общение и заботу, а могут и воспрепятствовать им. Даже случайная или безотчетная мысль о ком-то будет этим кем-то воспринята. И если она участливая, то может открыть дорогу искреннему сопереживанию. Но стоит подумать, например, осуждающе: «Какой нелепый вид у этого человека», и тонкую энергию этого впечатления человек тоже уловит и – закроется. Мы разными способами безмолвно и неосознанно обмениваемся своими мыслями и впечатлениями, что вкупе и составляет эмпатию.
Три механизма экстрасенсорной эмпатии
Тонкоэнергетические способности, задействованные в эмпатии, можно рассматривать как механизмы, которые позволяют нам сопереживать. Они могут срабатывать отдельно, в ограниченных сочетаниях или все сразу. К первому механизму можно отнести дар физической (телесной) эмпатии, потому что именно этими непосредственными физиологическими ощущениями эмпатическое переживание проявляется в наших телах. Физическую эмпатию можно подразделить на:
Эмпатия | Суперсилы Вики | Fandom
|
Эмпатия (греч. «эм» — «в» + греч. πάθος — «страсть», «страдание», «чувство») – способность осознанно переживать о другом человеке. Тот, у кого отлично развитая эмпатия, называется эмпат.
Значение термина может несколько различаться в зависимости от контекста. Например, в медицине эмпатией часто называют то, что в психологии называется «эмпатическим слушанием» — понимание эмоционального состояния другого человека и демонстрацию этого понимания.
С точки зрения психологии способность к эмпатии считается нормой. Существуют методики выявления у людей уровня способности к эмпатии и даже отдельных аспектов этой способности. Диапазон проявления эмпатии варьируется достаточно широко: от лёгкого эмоционального отклика, до полного погружения в мир чувств партнёра по общению. Считается, что эмпатия происходит за счёт эмоционального реагирования на воспринимаемые внешние, часто почти незаметные, проявления эмоционального состояния другого человека — поступков, речи, мимических реакций, жестов и так далее.
В фантастических произведениях способность к эмпатии часто считается экстрасенсорной и доступной лишь некоторым людям. Такая эмпатия больше всего похожа на эмоциональную телепатию и может включать в себя способность воспринимать эмоциональные состояния «напрямую», даже без контакта с человеком, способность транслировать эмоциональные состояния, и многое другое. В реальности существование подобных форм эмпатии научно не подтверждено.
- Эмоциональная эмпатия, основанная на механизмах проекции и подражания моторным и аффективным реакциям другого человека.
- Когнитивная эмпатия базируется на интеллектуальных процессах — сравнение, аналогия и т. п.
- Предикативная эмпатия проявляется как способность человека предсказывать аффективные реакции другого человека в конкретных ситуациях.
- Сопереживание — это переживание субъектом тех же эмоциональных состояний, которые испытывает другой человек, через отождествление с ним.
- Сочувствие — один из социальных аспектов эмпатии, формализованная форма выражения своего состояния по поводу переживаний другого человека.
- Могу только получать эмоции.
- Можете взять на себя и действовать на эти эмоции.
- Неопытные эмпаты могут найти свои силы совершенно бесполезными в бою.
- Может возникнуть головная боль.
- Может не справиться с большим количеством эмоций сразу.
- Беззащитный против существ, у которых нет эмоций, таких как роботы или пользователи Апатии.
- Может быть легко обладать Духами и Призраками, поскольку они — существа, связанные эмоциями.
Это не должно быть реальной силой, но может быть умением / способностью, которая может быть развита, хотя она редко достигает того же уровня, что и фактическая сила.
- Пользователи психического / эмпатического щита (очень устойчивы) и психического иммунитета (непроницаемые).
- Пользователи, блокирующие эмоции, невосприимчивы.
Читать книгу Сила эмпатии: как развить свои интуитивные таланты Синди Дейл : онлайн чтение
Глава 2. Эмпатия. Общие понятия и термины
Благодаря незаурядным сенсорным дарованиям и способностям, которыми вы пользуетесь (неважно, осознанно или нет) в своих переживаниях, у вас есть способы узнать, что периодически происходит вокруг вас не только с людьми, но и с животными, другими существами, растениями, планетами и даже энергиями и сущностями. И как именно вы пользуетесь этими талантами при восприятии окружающего мира, очень важно для определения вашего типа эмпатии. Я уже упоминала во введении, что выявила в общей сложности шесть разных эмпатических типов или стилей.
Некоторые из нас используют лишь одну или две из своих эмпатических способностей, другие – больше, но эмпатией одарены мы все. Все мы «звучим», причем звуком, который есть песни и ощущения вселенной. Исследуя эту невидимую чувственную часть своей жизни, вы узнаете то, что с этого момента изменит все в ваших эмпатических переживаниях. Вы можете начать сознательно развивать все типы эмпатии или же сделать акцент только на самых сильных. Вы можете научиться сдерживать их силу или направлять ее на то, что лучше для вас, тем самым эмпатически вовлекая мир в здоровый образ жизни.
Возможно, в детстве или юности окружающие сочли ваши тонкие способности несколько странными, непонятными и даже жутковатыми, потому-то и сами вы видите их такими. Может быть, эмпатия никогда вам не помогала, а только мучила или тяготила. А может, наоборот, врожденная эмпатия, проявлявшаяся через один или несколько типов, работает, как часы, и вы хотите глубже исследовать и понять ее. Независимо от того, на какой стадии находится ваша эмпатия, вы только выиграете от развития этого врожденного дара, который призывает вас к сострадательному общению с окружающим миром.
Что такое эмпатия
Эмпатию обычно определяют как способность ощущать и понимать чужие эмоции и нужды словно свои собственные. Она также позволяет нам отождествлять себя с идеями и переживаниями других, а также предполагать, что произойдет дальше.
Впрочем, эмпатия куда значительнее и больше этого!
Мы часто представляем себе человека, способного к эмпатии, как того, кто может «влезть в чужую шкуру». Это как если бы вы сбросили свои мокасины – сапоги, туфли или сандалии – и надели чужие. Потому что вы можете сопереживать другому, а ваша способность заботиться об этом другом и даже, возможно, изменить его (ее) жизнь при этом значительно усиливается. Вот почему эмпатию так часто связывают с состраданием или способностью смягчать чужие страдания.
Большинству из нас доводилось испытывать моменты эмпатии, когда мы действительно ощущаем, что переживают другие, или понимаем, что происходит в их жизни; возможно, стремясь помочь, мы даже следовали неким внутренним подсказкам. Способные ощущать чужие затруднения как свои, мы, соответственно, точно знаем, как помочь ближнему. Некоторые эмпаты начинают настолько тесно общаться с другим человеком, что до некоторой степени даже становятся им, и этот процесс может выйти за пределы эмоциональной и интеллектуальной реальности. Такие эмпаты могут принимать на себя чужие физические травмы и детские переживания. Они могут даже настраиваться на потенциальные события будущего, от катастроф до продвижения по службе и выполнения рутинных задач.
У меня, кстати, была одна клиентка, пребывавшая в такой тесной эмпатической связи с дочерью, что в один из дней она всех поставила на уши, стараясь дозвониться до нее. Когда ей это все-таки удалось, она в суматохе брякнула в трубку: «Прежде чем делать ту прическу, подумай еще раз. Ты же ни за что не справишься с волосами».
Дочь мечтала сделать пышный начес в стиле шестидесятых, а мать в свои планы не посвящала. Между тем мать несколько дней бродила сама не своя, представляя собственные волосы высоко взбитыми и поднятыми в старомодном начесе. Ее мучила мысль, как трудно будет следить за такой прической, держать ее в порядке, чтобы ни один волосок не выбивался. Мать словно примеривала на себя парикмахерскую фантазию дочери и когда, наконец, поняла, что ощущает ее идею, а не свою собственную, то бросилась «спасать положение», или, по крайней мере, волосы дочери.
Как видно из этого примера, существует множество типов эмпатии. Мы чувствуем потенциальное будущее другого, его мысли, чувства, потребности, но порой этот «другой» даже и не человек вовсе. У эмпатов определенного типа амплитуда взаимоотношений очень широка. Иногда они в своем восприятии соскальзывают с человека на движение планеты, эмоции животного или даже воспоминания, запечатленные в неживом объекте.
Работала я как-то с мальчиком – назовем его Джеймсом, – который чувствовал энергию игрушек. Стоило ему взять игрушку, перед тем побывавшую в руках у другого ребенка, и он принимал на себя все эмоции этого ребенка.
Эта необыкновенная чувственная эмпатия позволила Джеймсу глубоко понимать потребности и жизнь других детей. Его серьезные карие глаза сияли, когда он рассказывал, как, держа куклу маленькой девочки на игре первоклассников «покажи и расскажи», понял, что ее мать действительно больна. «Эбби нужно было тепло и участие, – объяснил Джеймс. – Вот я ее и обнял, и это ей очень помогло».
Впрочем, порой Джеймс чувствовал себя перегруженным. «Иногда я знать ничего не хочу о других детях, – делился он. – Особенно, если не люблю их».
Еще в таком юном возрасте Джеймс понял, что быть эмпатом далеко не просто.
Ощущения мы порой испытываем в ущерб себе, как в случае с одной женщиной, с которой я работала и которая была настолько сильным эмпатом, что перестала выходить из дома.
«Я не могу не чувствовать, что происходит с каждым встречным, – жаловалась она. – Однажды я сидела в автобусе рядом с бомжом и чувствовала, что меня также отовсюду гонят взашей, как и его».
Ее эмпатический дар оказался для нее очень тяжек. Нашу беседу о восприятии эмоций бомжа она завершила таким наблюдением: «Я получила хорошую порцию страданий от ежедневного унижения и насмешек. Мало того, что я чувствовала, как ему грустно, так еще и ощущала вокруг него темных духов, нашептывавших ему, что лучшего он и не заслуживает».
Дар экстрасенсорной эмпатии может в равной степени быть и потрясающе увлекательным, и чрезвычайно изнурительным, необыкновенно познавательным и отчаянно обескураживающим. В общем, тонкое эмпатическое переживание напоминает мне одно захватывающее стихотворение Уолта Уитмена под названием «Был ребенок, и он рос с каждым днем…», которое начинается такими словами:
Был ребенок, и он рос с каждым днем и каждый день видел новое, И на что бы он ни взглянул – он всем становился, И все становилось частью его на этот день, на этот час или на многие, многие годы…3
Перевод И. Кашкина.
[Закрыть]
Глубоко внутри каждого из нас заложена способность стать тем, кем мы не являемся, вместить в себя, удержать в себе эту энергию – чувство, ощущение и их суть – на день, на часть дня или дольше. Это и есть наше эмпатическое «Я».
Путешествуя вместе по страницам этой книги, мы будем изучать эмпатию с разных сторон, включая ее физиологическое подтверждение как биохимической функции, и функцию эмпатии как общественного договора, или средство создания безопасности в племени. Однако прежде всего важно охватить тонкие сферы эмпатии на их самом высоком уровне как духовные таланты, которые позволяют нам интуитивно воспринимать и истолковывать информацию извне и отправлять духовные послания наружу. Как часто говорят, мы, являясь духовными существами, воплощаемся в теле здесь, чтобы получать физический опыт. Эмпатия – жизненное направление для постоянного преобразования нашего физического опыта в духовные уроки.
Способность к эмпатиикак духовный дар
Почти в каждой религии и культуре подчеркивается наша духовная природа. Мы существа, души которых свободно путешествуют по вселенной; наше тело – храм для этой своей божественной ипостаси. Наши духовные таланты – каналы, которые связывают самые возвышенные элементы нашего истинного существа с вещными и приземленными сторонами нашей материальной природы.
Существует множество терминов для описания духовных талантов. Их называют интуицией, шестым чувством, а также самыми разнообразными способностями: парапсихологическими, мистическими, паранормальными, сверхъестественными, экстрасенсорными, телепатическими, энергетическими. Больше всего мне нравится последний термин, потому что он объясняет нашу способность настраиваться на ситуации, людей, объекты и небесные силы, а также на прошлое, настоящее и будущее. Мы делаем это энергетически. Мы способны воспринимать то, что лежит за пределами наших обычных пяти чувств, потому что состоим из энергии.
Энергия – это просто движущаяся информация. Все внутри трехмерной реальности состоит из энергии. Ваш телефон таков потому, что информация, закодированная в его молекулярной и энергетической структуре, говорит, что это телефон. Голоса, которые вы слышите по телефону, тоже энергия или информация, движущаяся с определенной скоростью.
Помимо общих точек отсчета, есть много видов энергии, которая не так измерима, как вес телефона или звук чужого голоса. Это духовная, или психическая, энергия, которую мы можем настраивать с помощью своих духовных талантов.
Конечно, в каждый конкретный момент через пять чувств мы получаем и отправляем множество сообщений. Мы смотрим на мир сквозь хрусталик глаза. Мы слышим птиц и сверчков, потому что наш слух способен настраиваться на звуки этих существ. Мы с нетерпением ждем еды, которая остро пахнет и доставит нам такое же вкусовое удовольствие. И когда кто-то гладит нас по голове или определенным образом прикасается к нашей коже, мы понимаем, что нас любят.
Однако наши духовные таланты настраивают нас на энергию, или информацию, лежащую за пределами пяти чувств. Благодаря им мы можем получать и отслеживать информацию, которая летит быстрее света и связывает нас с людьми, которых мы никогда не встречали, или с кем-то на другой стороне планеты – информацию, порой поступающую из будущего, которого мы еще даже не представляем. Наши духовные таланты позволяют получать интуитивное прозрение от божественного и понимать, например, как это – парить, словно ястреб, или закапываться в нору, как кролик.
Наши духовные таланты не отделены от наших способностей к ощущению и восприятию. Правда, если мы не сможем расшифровать духовную тонкую информацию, идущую через наше тело, то не услышим шепот Бога, не получим откровение или просто не «узнаем», когда нам следует связаться с другом. Энергия – это энергия. Мысль – это мысль. Реальность не делится ровно пополам: духовное – в одну сторону, физическое – в другую. Нужно понимать, что две «половинки» – это просто взаимосвязанные способы познания в пределах одного континуума. Биологическим эквивалентом этого является обмен информацией, который происходит через молекулярную структуру нашей ДНК – двойную спираль.
Иначе говоря, мы – духовные существа, которые должны непрерывно придавать духовной энергии бо́льшую телесность, и при этом мы же – телесные существа, способные одухотворять свою физическую энергию.
Во многих смыслах мы сильно напоминаем компьютеры. Наши тела подобны компактным и экономичным 3D ноутбукам. Они могут принимать и сохранять информацию, а также искать ее. Но способны концентрироваться только на той информации, получение которой задало ему программное обеспечение.
Часть этой информации вводится вручную, наподобие того, как мы набираем в текстовом редакторе. Мы можем считать это эквивалентом использования сенсорной энергии, или информации. Но некоторые виды информации просто возникают, словно ниоткуда, как электронное письмо или мгновенное сообщение. Эта информация, которую нам еще неизбежно предстоит расшифровать, пропустив через свои обычные чувства, аналогична экстрасенсорной, или духовной, энергии. Она добирается до «пункта назначения» в мгновение ока, и ее появление в обычных фильтрах (наших пяти чувствах) кажется нам настоящим чудом.
Словом, наше духовное «Я» может посылать мгновенные сообщения, в то время как наше физическое «Я» вынуждено набирать их вручную.
Три категории духовных дарований
Как я уже говорила, эмпатия включает в себя три основные формы духовных талантов, три экстрасенсорных механизма, которые и отправляют мгновенные сообщения.
К первой категории относится физическая эмпатия, проявляющаяся телесно в пяти чувствах: ясновосприятие, когда мы реагируем эмоционально или интеллектуально; ясновкусие; яснообоняние; ясноосязание; яснопознание.
Другие две категории – это ясновидение и яснослышание, каждая из которых, как я уже разъясняла во введении, представляется мне совокупностью, или «семейством», дарований, поскольку каждая может проявляться множеством форм. Например, человек, наделенный даром ясновидения, может «видеть», когда спит или бодрствует, причем видения могут быть яркими картинами или художественными образами, несущими вдохновение и озарение.
Каждый такой дар позволяет нам принимать и отсылать информацию как из прошлого, так и из будущего, познавать, казалось бы, непознаваемое и вызывать перемены, не пошевелив и пальцем.
Может быть, вы считаете, будто не одарены ни в одной из этих категорий. Сюрпр-и-из! Это абсолютно не так. К духовному, или экстрасенсорному (телепатическому), общению способны мы все, хоть очень многие просто не всегда понимают, что делают это. Может быть, вас не научили распознавать или конкретизировать эту духовную информацию. Может быть, она вас так пугает, что вы предпочитаете ее игнорировать. А возможно, все наоборот, вы обитаете на «другой стороне» спектра и духовная информация вас не радует, а ошеломляет и перегружает. Но в любом случае мы обладаем врожденной способностью отсылать, принимать, расшифровывать и обрабатывать духовную энергию.
Однако существует распространенное заблуждение, которое заставляет многих людей считать, будто у них нет никаких духовных талантов, потому что те, которые все же есть, попадают в категорию физической эмпатии. На протяжении всей истории к ясновидцам, которых иногда называли оракулами или предсказателями, обращались и короли, и нищие, чтобы направить их внутреннее зрение на свои собственные заботы. Образы, приходящие к ясновидцам, по-прежнему считаются божественными видениями, инструментом откровений, с помощью которых можно управлять своей жизнью, и этот дар часто отображается в современных СМИ.
Яснослышанию пресса и даже телевидение тоже уделяют много времени и внимания, хотя, возможно, вам лучше известен не сам термин, а слова, которые используются для описания людей с этим даром: медиумы, контактеры, телезрители и телепаты. Эти люди могут читать мысли, разговаривать с мертвыми или передавать сообщения с «другой стороны».
Эти чародейно-«духовные» таланты часто затмевают свою телесную «родню», чьи приземленные возможности порой кажутся прозаичными или будничными в сравнении с экстравагантными образами или проникновенными словами, которыми оперируют ясновидящие или яснослышащие соответственно. Однако эмпатическая способность со всей ее тонкостью не менее важна.
Эмпатия полностью зависит от наших физических тел. Это означает, что, проявляя эмпатию, мы предаемся физическим сторонам жизни. Эмпатия способствует сближающему общению, а значит, и нашей конечной духовной цели: узнать любовь. И все формы эмпатии призывают нас выйти за пределы нашего индивидуального «Я», покинуть ограниченное эго и, расширяя сознание, выйти на его высшее состояние.
В духовных кругах, однако, физическую эмпатию не всегда считают сопоставимой с более известными ясновидением и яснослышанием. Этот извращенный взгляд может заставить человека с богатым опытом физической эмпатии чувствовать себя «недоросшим». Пока мы не преодолеем это суждение, нам будет сложно полностью раскрыть и развить свою эмпатию, независимо от того, какие дарования в нас сильны.
Все духовные таланты созданы равными
Многие эмпаты, с которыми я встречаюсь, смущаются или даже оправдываются, что они не ясновидящие и не яснослышащие. Даже люди со всеми тремя талантами считают физическую эмпатию «второсортной» по сравнению со своими же визуальными или вербальными способностями. «Разве я не могу взять и отключить эту физическую эмпатию и видеть только картинки? – спросил один из моих учеников. – Это же намного проще».
Я в состоянии понять некоторую их растерянность и даже легкое пренебрежение, поскольку сама через это прошла. Физическая эмпатия часто вызывает у нас ощущение скорее растерянности, чем прозорливости, и еще больше запутывает, а не проясняет. Для этого есть простая причина: эмпатические ощущения трудно отделить от личных. Напротив, легче визуализировать телепатическую картинку или услышать интуитивное сообщение и точно знать, что они не родились внутри нас.
Например, вспомните последний раз, когда вы были в отличном настроении, до того, как заговорили с тем, кто был раздражен. Вы вдруг поняли, что тоже раздражаетесь, но только теперь заметили перемену в своем настроении. Возможно, вы не связали ее с тем, что вызвал-то ее по-настоящему осознанный и развитый дар: ваша способность чувствовать то, что испытывает другой.
Бывает очень трудно отличить собственные физические ощущения, реакции или эмоции от тех, что родились в другом. Теперь вы, наверное, сможете понять, почему проще и понятнее просто получать картинку или сообщение.
Итак, эмпатическая информация способна сбить нас с толку, вызывая неуверенность в себе. Передать данные физической эмпатии тоже далеко не так просто, чем экстрасенсорные. С кинестетической (относящейся к движениям тела) информацией работать сложнее, чем с визуальной или вербальной.
Представьте, что вы пытаетесь объяснить боссу, что его подход к проекту не сработает. Высказывания вроде «здесь все наперекосяк» или «от твоей идеи меня тошнит» не подойдут. Сравните с «я вижу, как этот проект терпит крах» или «если бы я мог дать совет, то сказал бы, что вам следует попробовать другой метод».
Талант ясновидения или яснослышания кажется более ярким и эффектным, зато телесные ощущения, лежащие в основе физической эмпатии, иллюстрируют то, что в нас есть фундаментально человеческого: наши эмоции, чувства, сознание, отношения и знания. Основополагающие, они помогают нам быть тем, кем мы на самом деле являемся: божественными существами, исследующими человеческие переживания, основой которых является любовь или единение. И конечно же, эмпатия, объединившись с образом или словом, только усиливает нашу способность понимать, о чем вещают нам ясновидение и яснослышание.
Существует ли большее проявление любви, чем чувствовать чужую радость или отчаяние, чем знать, что испытывает и в чем нуждается другой? Общаться с миром природы и духа? Обнимать другого так, чтобы сливаться с ним в одно целое? Это кинестетическое свойство эмпатии, позволяющее нам общаться с кем-то или чем-то, при этом не теряя себя, и притягивающее самое важное качество во вселенной: сострадание.
Вообще-то именно ради сострадания вы и были одарены эмпатией, и ваше тело является идеальной средой для эмпатических переживаний.
Глава 3. Ваше эмпатическое тело: вы рождены для общения
Кто в чаше Жизни капелькой блеснет, —
Ты или я? Блеснет и пропадет…
А виночерпий Жизни – миллионы
Лучистых брызг и пролил и прольет…4
Перевод И. Тхоржевского.[Закрыть]
Рубаи Омара Хайяма
В глубине души многие чувствуют себя отрезанными от мира и одинокими. Мы заключены в панцирь кожи, отгорожены переживаниями и укутаны в собственную неповторимость. Но само тело, заставляющее большинство из нас ощущать себя обособленными, а иногда и отчужденными, биологически и энергетически «подключено» к общению.
Нейроны и электромагнитный спектр обеспечивают нас способностью и средством воспринимать множество окружающих миров, видимых и невидимых. Мы «закодированы» на эмпатию и предназначены для обмена информацией нефизическими средствами. Каждый из нас лишь пузырек в чаше сверкающего жидкого света, самостоятельный и все же отражающий все остальные грани вселенной.
В зависимости от того, какой именно из эмпатических талантов у вас развит сильнее всего, эти специальные нейроны и электромагнитные волны настроят вас на разные точки совпадения, определив тем самым ваш эмпатический тип. Вы «подсоединены» к телесным или эмоциональным проявлениям? К психическим или природным энергиям? Вы более склонны к духовному типу осознанности или к шаманскому, с его многогранностью точек совпадения и отсчета? (О характеристиках всех этих эмпатических типов вы узнаете в главе 4.)
А в этой главе мы с вами отправимся в невероятное, волнующее путешествие по стране мудрости вашего тела, чтобы вы лучше поняли собственные эмпатические способности и принцип их действия. Ведь чем лучше мы понимаем то, что происходит внутри нас, тем лучше и точнее откликаемся и усваиваем то, что происходит вне нас.
Короткий экскурс в прошлое
Вы получили бесплатный билет в Италию. Садитесь в самолет и замечаете, что он не похож на знакомое воздушное судно. Он предназначен для путешествий во времени.
Вас пригласили понаблюдать за экспериментом, который приведет к лучшему пониманию эмпатии и общения.
Здесь ученые наблюдают за поведением макак. Они уже выяснили, что, когда обезьянка выполняет определенное действие руками, нейроны в двигательной коре ее головного мозга показывают необычайную активность. Например, обезьяна тянется к арахису, и вы можете наблюдать весь фейерверк, возникающий в результате в ее мозгу. Клетки по периметру мозга вспыхнули пламенем и даже стали издавать «бипы».
Сегодня очень важный день эксперимента. Один из ученых проголодался и сам забирает арахис. Обезьяна наблюдает за тем, как ученый тянется к ореху, и нейроны в ее мозге вспыхивают так, словно это она, а не ученый, добралась до арахиса. Мозг обезьяны не в состоянии различить то действие, за которым она наблюдает, и то, которое совершает сама [1].
Возвращаясь домой, вы размышляете о последствиях этого открытия. Если наблюдение за действием равнозначно его выполнению, человек может научиться делать что-то, просто наблюдая. Вы можете смотреть соревнования по гольфу и улучшать свой свинг5
Свинг – удар в гольфе. Игрок замахивается клюшкой, ведет ее вниз, ударяет по мячу и слегка фиксирует клюшку.
[Закрыть] или наблюдать за любящей парой и учиться быть более заботливым. Что еще важнее, вы можете чутко понимать, что происходит внутри других людей или сфер вне вас. Ведь их опыт и вправду становится вашим.
Эксперимент, о котором вы сейчас прочли, действительно проводился в 1992 году, и наблюдения ученых составили основу современного научного понимания эмпатии. Поскольку обезьяны проявили способность к эмпатии, то мы назвали особые нервные клетки, отвечающие за эмпатию, зеркальными нейронами, чтобы обозначить именно те нейроны, которые позволяют нам «зеркалить» чужие поступки. Эти зеркальные нейроны не только помогают нам учиться и развиваться, но и отражают ощущения и чувства.
Наши зеркальные нейроны можно назвать нейронами эмпатии, и они участвуют в сложном и красивом процессе, благодаря которому мы можем жить как эмпатические существа (каковыми и являемся). Работу именно этих клеток мы должны постичь, чтобы понять физическую основу наших духовных эмпатических способностей.
Ваше эмпатическое тело
Благодаря этим зеркальным нейронам мы способны продублировать (отразить) эмоциональное состояние или ощущения чужого тела и ума. То, что происходит с кем-то другим, передается нам, как если бы мы переживали то же самое. Ученые, исследуя это явление, получили потрясающие результаты.
Например, они следили за тем, что происходило, когда один человек наблюдал за тем, как другой махал рукой, сначала мягко и ласково, а затем все резче и агрессивнее. Махи шли совершенно в другую от наблюдателя сторону, однако в ходе многочисленных повторений и движений уже обеими руками в мозге людей, просто наблюдавших за этим, отмечался такой же уровень испуга, как если бы они сами были объектом этой «агрессии» [2].
Этот прием иногда называют параллельной схемой, подразумевая, что наши реакции протекают параллельно переживаниям, действиям или чувствам другого человека. Клетки, создающие эту схему, действуют как своего рода Wi-Fi, нейронная сеть, контролирующая то, что происходит в других. Благодаря этой сети зеркальных нейронов мы можем бессознательно и мгновенно оценивать чужие чувства, движения и даже намерения.
Эксперт по эмоциональному интеллекту (эмоциональной отзывчивости) Дэниел Гоулман сравнивает эту схему с чем-то вроде коллективного мозга. Удачный термин для системы, которая позволяет нам ощущать то, что происходит в других [3]. Схема эта – автоматическая. Она всегда пребывает в состоянии «включено», хоть исследования и показывают, что она активнее всего, когда мы внимательно следим за чьей-то деятельностью, а не просто пассивно наблюдаем. Это означает, что максимальную эмпатию мы проявляем, когда стараемся ее проявлять [4]. Важное дополнение: мы можем стимулировать эмпатию в себе. Поэтому, если по какой-то причине наши эмпатические способности подавлены или ослаблены, мы можем сделать осознанный выбор: развивать и культивировать в себе эмпатию, пока не вызреем в эмпатические существа, способные служить себе и другим с любовью и состраданием.
Короткое погружение в биохимию эмпатии
В стремлении лучше понять роль энергетического (эфирного) тела в эмпатическом переживании очень полезным может быть знакомство с действием биохимии. Наши зеркальные нейроны – не единственный биологический фактор, задействованный в эмпатии. На нее работают и участки нашего мозга, и некоторые эндокринные железы. Становится все более очевидным, что существуют особые состояния мозга: при одних эмпатия усилена, а при других, наоборот, ослаблена. Исследования Висконсинского университета, например, показывают, что медитация сострадания усиливает эмпатию.
Ученые из Висконсина объединили учеников, практикующих медитацию давно, и новичков и подвергли всех их воздействию звуков, которые стимулировали эмоции – как положительные, так и отрицательные. Обнаружилось, что эти звуки заставляют зрачки расширяться и активируют лимбические отделы мозга, связанные со стремлением драться, удрать или замереть. Другие части мозга, связанные с реакциями на выживание, тоже отреагировали. Те, кто давно практикует медитацию, охотнее новичков откликнулись на негативную эмоциональную стимуляцию, к тому же стремились оказать и положительное влияние. И все это – реакция лишь на звук!
В целом, исследователи пришли к выводу, что эмпатия очень прочно связана с нашими эмоциональными и стрессовыми («дерись или удирай») реакциями и, похоже, является врожденной. Хотя медитация оказалась способна усилить эмпатические реакции человека, все испытуемые смогли отреагировать на эмоциональные триггеры просто потому, что наш мозг изначально для этого предназначен.
Другие исследования показывают, что наши зеркальные нейроны, мозг и эндокринная система действуют заодно, чтобы создать телесную матрицу, которая стимулирует эмпатию и сострадание. Иными словами, в силу того, что эндокринные железы распределены по всему телу, все наше тело и является инструментом эмпатии. В научной статье, озаглавленной «Награда за альтруизм» (Rewarding Altruism), Мариана Лозада, Паола Д’Адамо и Мигель Анхель Фуэнтес изучают результаты исследований по нескольким дисциплинам, поддерживающим эту идею [5].
Один из выводов этой статьи заключается в том, что человеческое тело похоже на сложнотканый гобелен, где основным мотивом служат и эмпатия, и одно из ее потенциальных последствий, альтруизм – делать добро ради самого добра. Альтруизм и сострадание – «родственники», что ведет к социальному порядку, построенному на любви, и добрым взаимоотношениям. В каком-то смысле альтруизм – это сострадание в действии. Однако чтобы эмпатия развилась до своей вершины – альтруизма, – необходимо согласованное действие всех трех биологических систем (нервных клеток, участков мозга и эндокринных желез).
Но особенно впечатляет открытие, что не все компоненты эмпатии «гнездятся» в мозгу. Да, зеркальные нейроны и связанные с эмоциями участки мозга располагаются в голове, но вот гормоны и нейропептиды путешествуют по всему телу, переносимые током крови и прочими телесными жидкостями. На сегодняшний день наука выявила более девяноста нейропептидов, которые не только контролируют наше кровяное давление и иммунную систему, но еще и регулируют наше настроение [6]. А есть и другие пептиды или белковые цепочки, образующие гормоны, которые непосредственно отвечают за любовь и сближающее общение.
Для возникновения подобного общения и проявления сострадания или альтруизма необходимы три наиважнейших гормона: окситоцин, допамин и серотонин. Количество окситоцина, который часто называют «гормоном любви», в организме увеличивается, когда мы с кем-либо сотрудничаем. Этот гормон вырабатывается в головном мозге и высвобождается гипофизом, но наука обнаружила окситоциновые рецепторы [7] и в сердце. Будучи пептидом, состоящим из девяти аминокислот, окситоцин укрепляет социальное поведение, объединяя членов группы. Он усиливает нашу способность относиться к другому с заботой и участием и стимулирует стремление помогать.
Одно из исследований показало, что введение окситоцина побуждало людей делать больше денежных пожертвований! [8] Другое выявило, что окситоцин может быть эффективен при лечении многих симптомов аутизма, например проблем с речью и повторяющегося поведения. При этом он улучшает эмоциональную связь [9]. В этом же ряду находятся и серотонин с допамином, два других важных гормона общения, которые способствуют контактному поведению и социальному взаимодействию [10].
И особенно впечатляющим нужно признать тот факт, что наше тело «хитро ориентировано» на эмпатию. Еще один важный вывод, который можно извлечь из работы «Награда за альтруизм», заключается в том, что эмпатия во всех ее проявлениях весьма полезна для нас. Как показали несколько исследований, эмпатическое поведение – проявление альтруизма и сострадания – реально уменьшает стресс.
Похоже, когда мы, сострадая, распознаем стресс у другого человека и стремимся его облегчить, уровень наших собственных гормонов стресса снижается. Наша иммунная система укрепляется, и мы реже и не так долго болеем вирусными заболеваниями, у нас улучшается сердечный ритм, снижаются артериальное давление и уровень холестерина и появляются другие важные показатели хорошего здоровья. Эффективная эмпатия – позитивные поступки, основанные на наших эмпатических ощущениях – оказывает только положительное воздействие на уровень стресса, иммунитет и продолжительность жизни.
Читать книгу Сила эмпатии: как развить свои интуитивные таланты Синди Дейл : онлайн чтение
Глава 4. Сострадание: «подкладка» души эмпата
Среди нас нет мира, потому что мы забыли, что принадлежим друг другу.
Мать Тереза
Вы уже получили представление о широком диапазоне необыкновенных талантов, которыми все мы наделены, дабы поддерживать отношения: как о тонких, экстрасенсорных эмпатических способностях, так и о телесной одаренности – нашего физического подключения к эмпатии.
Возможно, развивать и использовать эти дарования важнее всего потому, что они быстро и прямо ведут нас к состраданию, к желанию облегчать чужие страдания. Если и есть в этом мире что-то по-настоящему нужное, так это сострадание. И есть ли в нашем стремительно развивающемся, ориентированном на успех мире что-то, столь же мало вознаграждаемое?
Хотя все мы подключены к эмпатии, не все эмпаты сострадательны и настроены действовать в соответствии со своими эмпатическими переживаниями. И если «зеленый» эмпат может получать значимые сигналы и впечатления, не стремясь кого-то приободрять такими энергетическими посылами, то для зрелого эмпата такие сигналы всегда оборачиваются состраданием. В этой главе мы как раз и поговорим о прирожденном эмпате, который способен ощущать, а что же на самом деле происходит снаружи. И душа эмпата обречена на следующий решающий шаг: пользуясь той эмпатической информацией, которая поступает к нему, так естественно стремиться изменить что-то вокруг.
Одна буддийская притча заканчивается такой моралью: «Истина, благотворение и сострадание спасут мир» [26].
Кризис сострадания очевиден
Представьте себе, как мир – или хотя бы малая часть его – выглядел бы без сострадания, этой высшей цели эмпатии.
Одному моему клиенту, Аарону, этого даже и представлять не пришлось: он через это прошел. На него вдруг снизошло тревожное откровение. Он понял, что утратил контакт с той сострадательной личностью, которой когда-то являлся. И тогда он пришел ко мне с просьбой помочь ему отыскать эту запропастившуюся личность.
«В детстве я был самым чувствительным ребенком в округе, – рассказывал он. – Именно я вечно притаскивал домой бездомных больных кошек и раненых птичек, нянчился с ними, пока не вылечу. Всегда ощущал, когда мама огорчена и ее нужно развеселить. Я даже предчувствовал перемену погоды и говорил об этом папе, фермеру, и он мог подготовиться. Он называл меня „мой живой барометр“».
Аарон умолк, чуть не плача. «Но в какой-то момент я решил, что двигаться вперед куда важнее. Что просто оставаться самим собой недостаточно. Что безопаснее отстраниться – даже от себя».
Помолчав еще, он добавил: «Как ты думаешь, я когда-нибудь смогу снова научиться сострадать?»
Такие достоинства, лежащие в основе эмпатии, как сострадание, доброта, заботливость, встречаются все реже. Эти «мышцы чувствования», которые придают силу нашей человечности, атрофируются, оставляя после себя мучительное чувство пустоты, что Аарон и распознал в себе самом. Западный мир переживает эпидемию одиночества, депрессии и тревожности. Недавний опрос, проведенный Университетом Аризоны и Университетом Дьюка, включающий данные общего социологического опроса (GSS), показал, что число американцев, заявляющих, что им не с кем обсуждать важные вопросы, с 1985 по 2004 год утроилось. 25 % всех американцев считают, что им не с кем поделиться проблемой [27]. Такие перемены (а некоторые могут назвать это попросту ослаблением) в общественной взаимопомощи служат одной из причин, из-за которых, по мнению многих ученых, стресс так пагубно влияет на наше здоровье.
Как продемонстрировали психологи Эд Динер и Мартин Зелигман, те, кто охотно поддерживает социальные взаимоотношения, живут дольше, быстрее выздоравливают, счастье у них ярче и больше, а жизнь более содержательна и целенаправленна. И, согласно широкомасштабному исследованию, люди, лишенные взаимодействия, более подвержены болезням, живут меньше, чем даже традиционные группы с чрезмерно рискованным поведением: курением, гипертонией, ожирением и гиподинамией. Несмотря на то, что мы были бы здоровее и счастливее, если бы теснее общались – используя при этом свои эмпатические способности и действуя в соответствии с ними, – мы этого не делаем. И страдаем из-за этого.
Ситуация настолько чрезвычайна, что Дуглас Лабир, специалист по бизнес-психологии и директор «Центра прогрессивного развития», даже придумал термин «синдром дефицита эмпатии», или СДЭ. Хотя этого термина вы не найдете в руководствах по психиатрической диагностике, Лабир вместе с другими специалистами считает, что эта проблема действительно существует и относится ко всей европейской культуре. Как он отмечает, возможно, вся культура целиком поражена этой ментальной патологией. И поскольку она становится нормой, выявить ее все труднее.
По мнению Лабира, СДЭ выражается в нашей неспособности выйти за пределы собственного «Я» и настроиться на чужие переживания, особенно тех, кто отличается от нас чувствами и верой. В этом основной источник личных конфликтов, распада интимных отношений и таких враждебных установок, как предрассудки и дискриминация между группами людей.
Лабир считает именно СДЭ причиной проявления эгоизма у супружеских пар, когда, например, один супруг не помогает другому, потому что «нуждается» в «свободном времени». В Америке эпидемия СДЭ проявляется в дискриминации ислама и предположении, что каждый мусульманин – это потенциальный террорист. Но Лабир наблюдает «разгул» СДЭ, проявляющийся в войне между группами, кланами и обществами с разной верой и убеждениями, не только в США, но и во всем мире.
Отчего же возникает СДЭ? По мнению Лабира, от нашей индивидуальной и коллективной неспособности сопереживать другим, чтобы получить представление об этих других через призму их установок.
Как вы уже узнали из предыдущей главы, эмпатия заложена в нас с рождения, но вот развивать и применять ли ее, уже зависит от нас [28]. Того факта, что эмпатия – и сострадание – улучшает здоровье, должно быть достаточно, чтобы сагитировать нас на развитие этих навыков. Далай-лама не без лукавства утверждает: «Если мы примемся вещать: „О, практикуйте сострадание, это благое дело, вы обретете святость“, нас никто не станет слушать. А вот если мы объясним: „Добросердечие реально снижает кровяное давление, уменьшает тревожность и стресс и улучшает здоровье“, люди прислушаются» [29]. Но я убеждена, что настоящая мотивация для развития эмпатии и ее поведенческого результата – сострадания – не должна быть столь утилитарной или упрощенной, вроде «это для нас хорошо». Сострадательная эмпатия должна быть целью в силу заложенной в нее доброты.
По сути, сострадание – духовное качество. Это основа большинства религиозных и духовных учений. И хоть для нашего здоровья и отношений оно тоже может быть полезно, сострадание лежит в основе и нашего духовного наследия.
Призыв к сострадательной эмпатии в религиозных традициях разных народов
Сострадание возникает, когда эмпат действует альтруистически, облегчая страдания другого просто потому, что это правильно. Как и должно быть, почти в каждой религии сострадание считается одной из величайших добродетелей, которую мы призваны культивировать и проявлять.
В иудаизме одно из имен Бога – Отец Сострадания. Он постоянно проявляет желание облегчить страдание или проявить милосердие. В переводе с древнееврейского «сострадательный» – rahmana, что обозначает также «ниспосланное слово Божье». Следовать этому слову – значит быть сочувствующим и любящим. Вот какой мыслью делится с нами рабби Гиллель Старший, один из великих раввинов первого столетия: «Того, что ненавистно тебе, не делай другому. – В этом вся Тора. Остальное – комментарии» [30].
В христианстве сущность сострадания, связанного с отношениями, воплощает Иисус, принимая на себя все язвы человечества, чтобы они могли быть исцелены. Его преданность состраданию, самоотверженности, бескорыстию бесспорна. Хотя многие христианские секты не придерживаются сущности его учения и не живут по его заветам доброты, самому Иисусу было ясно, что сострадательная эмпатия должна быть основной линией и светского, и религиозного поведения.
Ярким примером глубокой веры Иисуса в сострадание может служить его притча о Добром Самаритянине, изложенная в Евангелии от Луки (10:25–37). Как говорил Иисус, некий самаритянин едет по дороге. Этот нееврей принадлежит к секте, которую евреи презирают и всячески порочат. Несмотря на то, что они считают его нечистым и презренным, самаритянин помогает путнику (вполне возможно, как раз еврею), которого разбойники избили, ограбили и бросили умирать у дороги. До того мимо него безучастно прошли священник и левит, праведные люди, «обязанные» поступать правильно. Иисус подчеркивает, что «путь на небеса» открыт для тех, кто действует, как самаритянин, который решился проявить милосердие к ближнему, не думая о награде.
У мусульман сострадание – одно из самых важных качеств, к которому человек должен стремиться. Священные книги мусульман призывают не только заботиться о ком-то конкретном, но и быть неравнодушным, отзываться на нужды пленников, вдов, сирот и бедняков. Заглядывая в себя, мы видим, что и нам довелось побывать в шкуре каждого из этих людей; каждому из нас в жизни порой случалось чувствовать себя оказавшимся в западне, растерявшимся и обездоленным. В месяце Рамадан мусульмане держат пост еще и для того, чтобы лучше прочувствовать голодные спазмы тех, кому нечего есть, стать более чувствительными к чужим трудностям и сострадательными к тем, кто оказался в бедности [31].
В буддизме сострадание также является одним из центральных принципов. Будда сказал: «Сострадание – это то, что заставляет сердце доброго откликаться на боль других. Оно сокрушает и разрушает страдание других; потому и называется со-страданием» [32].
И как сказал Далай-лама: «Если хочешь, чтобы другие были счастливы, сострадай. Если сам хочешь быть счастливым, сострадай».
В буддизме это стремление к сердечной доброте, к милосердию на практике распространяется на все живые существа, а не только на людей. Каков ключ к достижению наивысшего уровня всего, к состраданию? По словам бхикху (достопочтенного) Бодхи (буддийского монаха родом из Америки), он состоит в умении входить в субъективное состояние других людей, чтобы во всем разделить их чувства и внутреннее пространство [33]. Иными словами, следует проявлять эмпатию такой силы, чтобы просто становиться этими другими людьми.
Этот буддийский идеал напоминает мне золотое правило Иисуса. Возлюби ближнего своего, как самого себя. Ближний – это именно другой. И как тогда мы можем не любить другого, коль скоро мы сами и есть этот другой?
В индуизме сострадание имеет собственное наименование – дайя (daya) – и является одной из трех основных добродетелей. Еще в Ведах, древнейших индуистских священных книгах, писалось, что недостойно причинять страдания другим и очень важно воздерживаться от причинения вреда.
Мы могли бы исследовать множество религий по всему миру, но вряд ли нашли бы такую, в которой не подчеркиваются необходимость и красота сострадания.
На что похож опыт сострадательной эмпатии?
Если и эмпатия, и сострадание так важны, возникает вопрос: а на что же похожи эти качества, особенно проявляемые вместе? Как распознать их присутствие? Самая короткая формула звучит так: эмпатия подвигает нас к состраданию.
Чтобы начать поступать «правильно», нужно первым делом просто почувствовать, что происходит в другом существе (или предмете), или понять ситуацию, возникшую вне тебя. Порой весь опыт остается внутренним: мы вынуждены сопереживать самим себе. Например, когда мы работаем со своим внутренним ребенком, чтобы восстановиться после насилия, или решаем личностную или поведенческую проблему, именно самоэмпатия милосердно открывает двери пониманию, переменам и исцелению.
Понять другого означает прочувствовать, что этот другой испытывает, через что проходит. То есть «войти» в его субъективное переживание, оставив в стороне идеи и верования, которые мы могли бы спроецировать на него или на его ситуацию.
Например, вы сопереживаете другому, когда перестаете думать о собственной реакции на его боль и полностью отдаетесь заботе о нем. Вы сопереживаете сострадательно, когда ощущаете его радость от успеха, а не задумываетесь, почему же вы не столь успешны. Точно так же вы сопереживаете, и когда разделяете удовлетворенность друга хорошо выполненной работой или гордость за его смелое решение. Ваша способность поступать так говорит другому, что он может доверять вам, что вы способны по-настоящему считаться с его потребностями, а не просто проецировать на него собственные убеждения. Когда вы в состоянии полностью чувствовать другого человека или существо, то можете ощущать, что им нужно в действительности, а не по вашему мнению. (Во второй части мы обсудим подробнее, как это действует на практике.)
Очень легко думать, будто мы поступаем сочувственно, тогда как на самом деле мы всего лишь реализуем собственные убеждения. В качестве примера расскажу о своем клиенте, которого назову Максом.
У Макса трое сыновей. Ко мне он пришел потому, что расстроился из-за среднего сына (назовем его Джимми). Жена Макса – мать мальчиков – умерла несколько лет назад. Хотя отношения с Джимми всегда оставляли желать лучшего, с тех пор как умерла мать, даже та малость, которая их связывала, сошла на нет. Фактически, Макс был готов выгнать пятнадцатилетнего Джимми из дома.
«Он меня совершенно ни во что не ставит, – причитал встревоженный отец. – Никогда не делает домашнее задание, где-то шляется и постоянно грубит мне».
Я спросила Макса, пытался ли он понять, что происходит у сына внутри, а не только наблюдать издалека. Макс даже не сообразил, о чем я говорю.
«Это его задача слушать и понимать меня, – прорычал он. – В конце концов, я лучше знаю, что ему нужно».
Макс искренне полагал, будто делает для сына лучше, повышая на него голос и пытаясь приучить к порядку и дисциплине с помощью «комендантского часа», наказаний и ограничений. Проблема заключалась в том, что он гораздо больше сопереживал не сыну, а своим личным трудностям с ним.
Будучи средним ребенком, Джимми после смерти матери остался без пригляда. Макс мог говорить со старшим сыном и обниматься с младшим, но представления не имел, как сблизиться с Джимми. И потому поступил, как ему было удобно: предположил, что тот и сам разберется, как ему справиться с маминой смертью.
Ситуацию осложняло наличие у Джимми синдрома дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ). Его чрезмерная, суматошная подвижность и импульсивность раздражали уравновешенного, степенного отца, считавшего, что Джимми намеренно ведет себя вызывающе, тогда как в мальчике просто проявлялся СДВГ. Макс не только оказался не в состоянии проявить эмпатию в отношении сына, но даже не нашел достаточно времени по-настоящему понаблюдать за ним и выяснить его потребности.
Мне понадобилось несколько сеансов, чтобы объяснить Максу поведение Джимми. На одном из них Макс спросил: «Почему это я должен видеть ситуацию с точки зрения сына? С чего это он и его ощущения так же важны, как я и мои?» Способность Макса к эмпатии была крайне низка, но было ясно, что сына он действительно любит. В конце концов, Макс все-таки понял, что Джимми с его особыми потребностями попросту плохо подготовлен к жизни. Он увидел, что сын не столько неблагополучен, сколько растерян и обездолен.
Постепенно Макс начал сопереживать сыну. Научился пользоваться фразами типа «Я понимаю, что ты имеешь в виду» или «Пожалуйста, помоги мне понять, почему это так важно для тебя». Когда Макс впервые ощутил те чувства, которые испытывал Джимми, потеряв мать, и именно так, как он их испытывал, то был потрясен, обнаружив, что одна из причин его разобщенности с Джимми как раз в том, что он полностью передоверил его воспитание жене. Макс пообещал проводить больше времени наедине с сыном и начал это делать.
Затем настало время следующего шага: Макс привлек психолога, который должен был помочь Джимми с его неутешной скорбью, а также с СДВГ. И наконец, Макс нанял сыну репетитора, чтобы тот помог Джимми с учебой.
Придя ко мне впервые, Макс упрямо называл себя участливым человеком. И считал, что делает все необходимое, дабы помочь сыну. Проблема была лишь в том, что Джимми он не сопереживал. Поняв, как ощущать истинные потребности Джимми, Макс прорвался через барьер сочувствия и сделал то, что было действительно необходимо для благополучия Джимми.
Как показывает эта история, сострадательная эмпатия требует больше, чем просто намерение любить другого человека. Все начинается и заканчивается эмпатией. Нам необходимо понимать происходящее не только со своей точки зрения, но и с чужой. Лишь по достижении этой первоначальной цели мы сможем расширить свой ум и сердце и приступить к решению проблем.
Сострадательная эмпатия по отношению к самому себе
Как я уже говорила, бывают случаи, когда нам приходится предложить ту же оливковую ветвь самим себе. У большинства из нас есть недолеченные «внутренние дети» или даже раненые «внутренние взрослые», то есть те части нас, которых обидели и оставили страдать. Запутавшиеся в паутине событий прошлого, эти аспекты наших «Я», по сути, остаются заложниками старых страданий. На нас также могут влиять личности наших прошлых жизней, так и не оправившиеся от какой-то своей трагедии. Возможно, нам даже придется сопереживать какой-то части своих нынешних «Я», сталкивающейся с проблемами отношений, работы или здоровья. Как мы все знаем, тяжелые переживания в прошлом или настоящем могут привести к наркомании, самоповреждениям, низкой самооценке, финансовым затруднениям, тревожным расстройствам и другим бесчисленным проблемам.
Большинство из нас научилось скрывать свою боль и делать вид, словно мы вовсе не страдаем и нам не больно. Мы прячем свое израненное «Я» и горькие чувства в раковину. С течением времени раненый кусочек нашего «Я» чувствует себя все более испуганным, сердитым, обиженным или пристыженным. Между тем остальная часть нашей личности продолжает развиваться, пока мы не забываем о том жалком кусочке, который так и остался кровоточить в одиночестве и забвении.
Я работала со многими клиентами, потратившими годы на лечение, пытаясь сломать барьеры вокруг раненых частей своего «Я». Многие удивляются, почему так редко улучшается их повседневная жизнь, почему с ними по-прежнему все плохо обращаются и почему они по-прежнему не считают себя достойными любви, хорошего здоровья или обеспеченности. Ответ прост: они работают только над своим «сегодняшним» «Я», а не сопереживают своим раненым «вчерашним» или «сегодняшним». Они также забывают, что могут дотянуться и до будущего «Я», которое эмпатически позаботилось бы о вчерашнем и сегодняшнем.
Намерен ли испуганный внутренний ребенок покинуть свое укрытие только потому, что этого хочет взрослое «Я»? Разве всерьез обидевшийся внутренний мальчик намерен доверять людям только потому, что его взрослое «Я» считает, что он должен? Ключом к самоисцелению является сопереживание тем частям себя, которые увязли в страданиях и драме.
Сумев отождествить себя с нашим растерянным и одиноким внутренним «Я», мы сразу же обретаем его доверие. Мы сообщаем ему, что чувствуем его боль и заботимся о ней. Сопереживая ему, мы показываем, что оно не одиноко и что кто-то – наше взрослое «Я» – понимает, почему оно чувствует именно это. Только проявив эмпатию к этому запертому «Я», мы сможем выманить его из добровольной тюрьмы.
Конечно, мы не достигнем эмпатии, позволив раненому «Я» взять под контроль нашу жизнь. Вы ведь не позволили бы взбешенному трехлетнему ребенку носиться вокруг дома с ножом или пистолетом, не так ли? К сожалению, именно это часто и происходит, вероятно, являясь одной из причин нарциссического, пограничного, оскорбительного и другого неадекватного поведения. Эмпатия может начать процесс самоисцеления, но завершиться он должен сострадательным поступком. Таким поступком будет научить своего внутреннего трехлетнего ребенка, как себя вести, а не возлагать на него ответственность за нашу нынешнюю жизнь. Сострадательным поступком будет обеспечить раненым, еще только выздоравливающим внутренним детям дисциплину, поддержку и порядок, а не позволять им задавать тон и причинять боль другим людям просто потому, что больно им. Сочувственное поведение – это, прежде всего, поведение ответственное.
Чем не является сострадательная эмпатия
Иногда, чтобы понять, что то или иное собой представляет, нужно выяснить, чем оно не является. Эта книга полностью посвящена углубленному изучению сострадания или его отсутствия, но я считаю, что лучше сразу выяснить, чем эмпатия, в целом, не является.
Сострадательная эмпатия – это чувствование, осмысление и внимание. Это сближающее общение, взаимодействие и понимание. Кроме того, это действие, участие и стремление изменить ситуацию. Но это не:
• сочувствие/запутанность;
• персонализация;
• воображение;
• жалость;
• эмоциональное заражение;
• гипероптимизм;
• душевное расстройство;
• сочувствие/запутанность.
Я думаю, наиболее принципиальным отличием является то, что эмпатия это не сочувствие. Для тех, кто хочет углубиться в эту тему, в Приложении 1 я привела более подробное объяснение. Там же вы найдете и более обстоятельный анализ остальных пунктов перечня, которые могут маскироваться под эмпатию.
Проявляя эмпатию, мы ощущаем мысли, эмоции и непосредственные переживания другого существа, предмета или части себя. Мы входим в субъективную реальность другого, а не просто наблюдаем его переживания через призму нашей собственной, так называемой объективной реальности. Одновременно мы можем продолжать ощущать и собственную реальность. Мы не теряем себя, не забываем о собственных чувствах, эмоциях или потребностях только потому, что проникаемся кем-то еще. А проявляя сочувствие, мы, наоборот, так глубоко вживаемся в реальность другого, что фактически принимаем ее на себя. В результате теряем связь с собой. Чужая реальность замещает нашу собственную. Мы становимся второстепенными фигурами, в то время как первичным становится то или тот, чему или кому мы сочувствуем: человек, ситуация или существо. Мы можем даже принимать на себя чужую болезнь или состояние.
Например, у меня в детстве была аллергия чуть ли не на дюжину разных вещей. Когда мне было немногим больше двадцати, я стала ходить к психологу. И она предположила, что я просто-напросто «забрала» аллергии у своих родственников. Она провела со мной медитацию, в которой я «вернула» аллергии их «законным» владельцам. В течение нескольких недель члены моей семьи снова начали жаловаться на свои прежние аллергии. А я? С тех пор страдаю только от сенной лихорадки.
Еще один распространенный пример: внезапное исчезновение вашей собственной реальности и столь же мгновенное появление чужой. Как часто с вами случалось нечто подобное?
• У вас отличное настроение и вы идете выпить кофе с подругой. Она раздражена. Через несколько минут раздражены уже вы, а она улыбается.
• Вы обсуждаете с любимым вопрос, который для себя уже уяснили. Любимый с вами не соглашается и бесится, потому что вы не уступаете. Он «подкалывает» вас, пока вы, наконец, не взрываетесь. И уходит довольный. Своей бурной реакцией вы помогли ему сбросить досаду и злость, взяв их на себя.
• Вы делаете заказ в ресторане, а ваш спутник (спутница) уже целую вечность не может ничего выбрать. Такое впечатление, что он (она) изобретает новое блюдо. Вы ощущаете страх и разочарование официанта и обнаруживаете, что вас трясет от ужаса. Вы боитесь подойти к другим клиентам. Вы слишком отождествили себя с официантом.
Сочувствие приводит к противоположным результатам. Вместо того чтобы ограничиться восприятием чужой реальности и созданием отношений, мы делаем лишний шаг. Берем на себя чужие затруднения, переживая их сами. В результате душим себя, ничем не помогая другому, который должен решить свою проблему сам.
Как уже стало понятно, тот факт, что мы можем впитывать энергию других людей, ставит перед нами новые сложные вопросы. Что мы должны делать, когда болеем? Следует ли нам лечить болезнь или «отдавать ее» кому-то, как это было с аллергиями моих родственников? Ощутив беду другого человека, следует ли нам брать его проблемы на себя или лучше отойти в сторонку и подождать, пока он разберется с ними сам? И это лишь некоторые вопросы, которые навлекает на себя человек, проявляющий сочувствие и которые можно обозначить одним словом: «запутанность» – состояние настолько полной переплетенности с чужими жизнями, что трудно сказать, где заканчиваетесь вы и начинается кто-то другой.
Персонализация
Персонализация – это замещение сопереживания своими собственными чувствами, потребностями, проблемами и реакциями. Тем не менее, мы считаем, что способны понять реальность другого человека, хотя на самом деле пользуемся его страданиями как предлогом, чтобы поговорить об аналогичных проблемах, пережитых нами. Разумеется, эмпатия часто предполагает обмен переживаниями как способ успокоить или утешить другого. При персонализации же мы «сопереживаем», но лишь для того, чтобы сосредоточиться на себе, игнорируя при этом другого.
Мы даже можем по-прежнему обнимать другого, проявлять заботу или понимание. Но по-настоящему понимать, что переживает другой, мы не можем, а другой не верит, что мы действительно «улавливаем» его.
Я часто сталкивалась с такой ситуацией. Например, я рассказываю о смерти близкого человека, и рядом всхлипывает самовлюбленный «нарцисс», но у меня нет ощущения, что человек воспринимает или «улавливает» меня. Чувства совершенно иные. Скорее, человек хочет через мою личную боль подключиться к резервуару собственных бедствий. Возможно, он ведет себя так для того, чтобы либо произвести впечатление на меня, либо сосредоточить общее внимание на себе.
Иногда вдруг обнаруживается, что, персонализируя чужую боль, мы оказываемся не в состоянии справиться с собственными переживаниями.
Помню, как однажды я услышала печаль подруги: у нее только что случился выкидыш. Я расплакалась, но на самом деле вовсе не из сочувствия. Беда подруги раздразнила мое собственное горе, когда месяцем ранее у меня тоже случился выкидыш. Я сознательно притворилась, что сочувствую ей, но позже принялась медленно упиваться собственным, прежде скрытым горем. Увидев ее в следующий раз, я уже смогла осознанно разделить страдания подруги, а не использовать ее для своей эмоциональной настройки. Оглядываясь назад, я жалею, что не рассказала ей, как сильно ее беда ударила по слишком болезненной и для меня теме и что я проявила бы больше дружбы, если бы позвонила ей позже, после того, как освобожусь от собственных переживаний.