Ву вэй: древнекитайская концепция спонтанного мышления ву-вэй – У-вэй: как научиться поменьше беспокоиться

У-вэй: как научиться поменьше беспокоиться

12 августа 2019Smirnova Natasha

Даосское искусство принятия жизни такой, какая она есть

Мы привыкли изводить себя по пустякам, особенно в ожидании важного события, будь то отпуск или свидание. Между тем человечеству с незапамятных времен известно множество лайфхаков, способных утихомирить бессмысленное волнение. Многие из них основаны на уважаемых и древних философских учениях, таких как греческий стоицизм или даосский у-вэй; их принципы сводятся к одному — не усложняй, а плыви по течению.

У-вэй: как научиться поменьше беспокоиться (фото 1)

Если вы и вправду хотите отучить себя от пустого беспокойства, надо для начала принять простой факт: Вселенная в общем не злонамеренна, хотя неприятности случаются со всеми. Парадокс, но мы беспокоимся обо всем на свете, прекрасно понимая, что далеко не всегда способны влиять на происходящее. Почему, интересно, мы верим, что погоду «надо благодарно принимать», и при этом с легкостью назовем себя (и других) слабаками, если не преодолеем любое другое препятствие?

Хорошая новость в том, что, если мы не можем повлиять на обстоятельства или событие, мы точно можем изменить свою реакцию на происходящее. В чем как раз поможет знакомство с у-вэй.

У-вэй — это такая древняя даосская философия, суть которой — созерцательная пассивность, спонтанность и немотивированность. Звучит почти преступно в наше время селф-мейдов, важных целей и завышенных стандартов.

«У-вэй — состояние, в котором мы можем быть очень деятельны и эффективны, при этом находясь в абсолютном расслаблении и доверии к окружающему миру», — объясняет Эдвард Слингерленд, профессор исследований Азии в Университете Британской Колумбии и автор книги «Попытка не пробовать: Искусство и наука спонтанности» (Trying Not to Try: The Art and Science of Spontaneity). Профессор уверен, что, приучая себя действовать, только когда это кажется естественным, мы станем более успешными и востребованными, будь то карьера или романтические отношения.

У-вэй: как научиться поменьше беспокоиться (фото 6)

«Люди, принявшие философию у-вэй, считают, что они не делают ничего особенного и в то же время могут создавать блестящие произведения искусства, уверенно вести деловые переговоры или даже привести весь мир в сбалансированный порядок», — пишет Слингерленд в «Попытке не пробовать». Спокойное действие без напрягов и переживаний по поводу будущих успехов — ключевой принцип у-вэй-гармонии.

Понимая, что большинству из нас нелегко поменять устоявшиеся принципы, профессор Слингерленд рекомендует в первую очередь отучиться себя прессовать: «Когда я скажу вам: „Не думайте о белом слоне“, вы сразу же о нем подумаете, потому что словами я активирую эту концепцию в вашем мозгу, — говорит он. — То же применимо к освоению у-вэй — вы не научитесь доверяться естественному ходу событий, если постоянно долбите мозг списком важных дел».

В своей книге Слингерленд рекомендует две основные стратегии для овладения искусством поменьше беспокоиться:

#1: НЕ НАДО КРУШИТЬ ПРЕПЯТСТВИЯ

У-вэй: как научиться поменьше беспокоиться (фото 10)

Смысл в том, чтобы понять, что это нормально — не ломать преграду, возникшую на пути к цели, тратя на это нервы и время. Учитесь брать паузу на раздумье перед тем, как обрушиться на препятствие. Иногда в жизни работает логика компьютерных игр: в некоторых случаях барьер существует по какой-то причине или он вообще непреодолим. Возможно, Вселенная намекает на иное развитие событий, которое в итоге понравится вам не меньше — стоит поискать другой путь или даже другую цель.

#2: ПОВЕРЬТЕ В СПОНТАННОСТЬ

У-вэй: как научиться поменьше беспокоиться (фото 13)

Вторая стратегия Слингерленда еще проще: создайте в жизни пространство для спонтанности. Мы практически не даем себе времени просто подумать о том, что нам хотелось бы прямо сейчас, а уж тем более реально сделать что-то спонтанное. А между тем незапланированные поступки дарят радость в чистом виде, и они очень благотворны для креатива. Не говорите себе «Я попробую» и не увлекайтесь планами — просто делайте в свое удовольствие то, что любите, хотите и умеете, принимая решения по ходу дня и развития событий.

Ву-вей — Buddha World

Материал из Buddha World.

Ву-вей обозначает воздержание от активных действий. Этот термин можно перевести, как невмешательство, хотя это понятие не подразумевает абсолютной пассивности. Наоборот, это действие, но осуществлённое в соответствии с двумя принципами:

-ни одно усилие не должно быть потрачено даром;

-не следует делать ничего противоречащего законам природы.

Таким образом, ву-вей можно перевести, как спонтанное или естественное действие, действие, которое человек совершает интуитивно, не планируя. Это действие мотивированно реальными обстоятельствами. Часто человек поступает вопреки своей натуре с целью – доказать какую-либо идею или принцип.

В такой ситуации возникают личностные противоречия: эмоции подсказывают одно, рациональное начало – другое, сознание – третье. В таких условиях поступок малоэффективен и неестествен, так как является результатом компромисса между разными сферами сознания. Действуя же согласно ву-вей, человек не задаётся вопросом правомочности поступка, а просто совершает его.

Человек должен действовать только тогда, когда заранее известно, что его поступок эффективен. Если все предпринимаемые усилия заранее обречены, то действовать вообще не стоит. Ву-вей – это качество, которое позволяет непредвзято смотреть на вещи, искусство быть сами собой, навык естественного поведения и уверенности в своих силах. Ву-вей проявляется тогда, когда человек не придерживается условных стереотипов поведения и не задумывается над тем, что делает. То есть человек подчиняется приказам подсознания, не теряя времени на логический анализ и сознательную оценку ситуации.

Таким образом, можно сделать вывод, что человек, действующий естественным образом, отказывается от этических стереотипов. Этика подразумевает рациональное осмысление поступка и пути его осуществления. В большинстве случаев нравственная оценка осуществляется уже после совершения поступка, результат которого говорит сам за себя. Сознание человека подвержено влиянию социальных и религиозных правил и запретов. Пытаясь определить моральность своего поступка, человеку приходится обдумывать заранее и оценивать последствия.

В этом смысле даосы не являются приверженцами нравственных норм. Совершая тот или иной поступок, человек не должен останавливаться на полпути, чтобы оценить последствия и вспомнить о правилах поведения. Этические критерии необходимы тем, кто не ощущает Дао. Неестественные поступки являются насилием над человеческой природой и нарушают гармония Дао. Даосизм предлагает жизненную философию естественного поведения, которое минимизирует негативный опыт.

Вэй У Вэй | К вопросам о самореализации

Вэй У Вэй - Открытая тайна


Рамеш Балсекар о Вэй У Вэе
«Переводя беседы Шри Махараджа на английский, я начал замечать в своем переводе отчетливое влияние стиля книг Вэй У Вэя. У меня нет сомнений, что проницательный читатель сразу заметит следы этого влияния. Помимо языка, мне показалось чудесной демонстрацией универсальности самого предмета то, что произведения ученого и практика философии Дао, такого как Вэй У Вэй, находящегося в тысячах миль отсюда (и вряд ли широко известного), находят свое подтверждение в словах реализованного джняни, такого как Шри Нисаргадатта Махарадж, чье образование, по его собственным словам, позволило ему лишь переступить порог безграмотности!»

История началась с того, что один друг подарил мне экземпляр книги Вэи У Вэя «Открытая тайна» более чем за десять лет до того, как я начал ходить к Махараджу. Когда я прочел ее в первый раз, я вообще ничего не понял, но мне повезло осознать, что эта книга — настоящее сокровище. И я отложил ее, чтобы ее случайно не выбросили вместе с другими книгами во время очередной уборки. А потом, по какой-то необъяснимой причине, я вспомнил о ней (точнее будет сказать, мысль о ней посетила меня) почти сразу после того, как я начал ходить к Махараджу. Не могу описать вам свои нескончаемые интеллектуальные замешательства, причиной которых стали эти двое — Нисаргадатта Махарадж и Вэй У Вэй! У меня постоянно было такое чувство, что они сговорились, чтобы тайно посмеяться надо мной! Это действительно был «сговор», но, как я осознал позднее, его целью было привести к внезапному пробуждению механизм тела-ума по имени Рамеш.
Когда я начал читать Вэй У Вэя (впоследствии я, должно быть, прочел эту книгу не меньше сотни раз—некоторые фразы, да и целые строки постоянно срывались с моих губ во время перевода бесед Махараджа), я поразился его потрясающему для китайца владению английским языком. И лишь спустя некоторое время я узнал, что Вэй У Вэй был не китайцем, а богатым ирландским аристократом по имени Терренс Грей, получившим превосходное образование в Оксфорде и прекрасно разбирающимся в винах и скаковых лошадях!
1. Время и пространство
Мы часто не понимаем природу и преувеличиваем важность «времени» и «пространства».
Нет таких «вещей» (они не существуют сами по себе): они обладают кажущимся существованием, то есть они «функционируют» только как механизм, позволяющий событиям, растянутым пространственно и последовательно, быть познаваемыми. Они сопровождают события и делают их развитие осуществимым. Сами по себе они не имеют никакого существования. Это видимости, и их кажущееся существование происходит из событий, которые они сопровождают и делают воспринимаемыми. Они гипотетичны, как «эфир», условны, как алгебра, — психические умозаключения, помогающие познавать вселенную, которую мы объективируем, и они не предшествуют и не сохраняются отдельно от сопровождаемых ими событий, а используются в функции каждого такого события, когда оно происходит.Там, где нет событий, нет и необходимости во «времени» или «пространстве» — и в их отсутствие мы более не ограниченны, поскольку нет того, кто считает себя ограниченным.
Время — всего лишь умозаключение, придуманное в попытке объяснить рост, развитие, протяженность и изменение, которые составляют дополнительную ось измерения за пределом известных нам трех, под прямыми углами к объему. «Прошлое», «настоящее» и «будущее» — умозаключения, извлеченные из этой временной интерпретации следующего измерения, в котором возникает иллюзия протяженности. И, следовательно, все формы временности концептуальны и воображаемы.Таким образом, прорицание, или предвидение, — это восприятие с дополнительной оси измерения, за пределом времени, под четвертым прямым углом, откуда, как в случае с каждым главным измерением, второстепенные воспринимаются как целое, и «причины» и «следствия» так же очевидны в том, что мы называем будущим, как и в том, что мы называем прошлым.Событие происходит только в уме воспринимающего — одного или нескольких, в зависимости от обстоятельств — и никакое событие не может быть ничем иным, кроме как памятью, когда мы знаем его. События — лишь психические переживания. События, или память о событиях, — это объективизации в сознании.

2. Псевдопроблема «страдания»

Кто может страдать?Только объект может страдать.Я не объект (никакой объект не может быть я),
нет ни я-объекта, ни я-субъекта, потому что они оба были бы объектами.Следовательно, я не могу страдать.Но кажется, что страдание есть, как и его противоположность, — как удовольствие, так и боль. Это видимости, но они переживаются. Кем или чем они переживаются?Они, очевидно, переживаются посредством отождествления того, что есть я, с тем, что не есть я, или, если хотите, тем, что не есть мы, иллюзорно отождествленным с тем, что мы есть.То, что мы есть, не знает боли и удовольствия. То, что мы есть как таковое, вообще ничего не знает, поскольку нет никакой объективной сущности, чтобы испытывать переживание.Какими бы интенсивными ни казались ощущения, в сне проявленного они — следствия причин во временной последовательности, и вне временнойпоследовательности, в которой они развиваются,они не являются ни причиной, ни следствием.Нет никого, кто мог бы страдать. Нам кажется, что мы страдаем, из-за нашего иллюзорного отождествления с феноменальным объектом.Давайте, по крайней мере, поймем это.То что есть мы неуязвимо и не может быть не свободно.

3. Гипотеза воли

Кажется механизм жизни основан на предположении, что действия разумных существ - результат приложения воли со стороны каждого такого феноменального объекта.
Очевидно, однако, что они скорее реагируют, чем действуют, и что их жизнь обусловлена инстинктами, привычками, модой и пропагандой. Их образ жизни в первую очередь — набор рефлексов, оставляющий ограниченные возможности для намеренного и обдуманного, то есть целенаправленного действия, которое при поверхностном рассмотрении может показаться результатом волеизъявления, или, что называется, волевого действия.
Тем не менее «воля» — лишь умозаключение, поскольку как бы мы ни искали, мы не сможем найти прилагающую ее сущность. Все, что мы сможем найти, — это импульс, который будет казаться выражением концепции «я». И было бы несправедливо заключить, что такой импульс способен повлиять на неумолимую цепь причинности или, другимисловами, на процесс проявления, производящий видимые события, если только он сам не является элементом одного или другого.

II Волеизъявление

Получается, что волеизъявление — это иллюзорное предположение, простая демонстрация со стороны наполненной энергией я-концепции, выражающаяся в неудаче или осуществлении и, таким образом, являющаяся источником и объяснением концепции кармы. Живые существа, таким образом, «проживаются», как часто указывается философами и отмечается метафизиками, и психосоматический феномен неизменно подвержен причинности. Вот почему чувствующие существа как таковые, как вновь и вновь повторяется в «Алмазной сутре», приписываемой самому Будде, не являются сущностями. И по той же причине, поскольку как феномены они не существуют, ноуменально — хотя они не могут быть сущностями или вообще чем-либо объективным — тем не менее, они есть ноумен.А ноумен, будучи по определению абсолютно лишенным и следа объективности, не существует, не может быть, в каком бы то ни было смысле — поскольку все формы бытия непременно должны быть объективными. Здесь язык нас подводит, его надо оставить позади, как плот, переправивший нас через реку. Все, что мы можем сказать, — это: «То, или все, чем являются чувствующие существа, само не существует». «Волеизъявление», таким образом, хотя его и нет — феноменально это лишь видимость — есть ноуменально и может рассматриваться как объективизация ноуменальности. В этом контексте мы знаем его как буддхи, или праджню, интуитивное внутреннее видение и, когда мы знаем его, оно является нами самими, всем, что мы есть, которое — в этом знании — мы познаем, поскольку то, что мы есть, и есть познание этого.На самом деле это очень просто, пока не пытаешься облечь это в слова.

III Определение воли
Пожалуй, проблему воли проще понять, если задать вопрос: кто прилагает волю и кто ощущает ее результаты?Феноменально есть видимая причина, которую можно назвать эго-волей, и психический результат, который может быть удовлетворением или разочарованием.Результат обусловленной «воли» — это следствие причин, для которых воля — опосредованная причина-следствие, и видимый психосоматический аппарат испытывает этот результат.И в отношении такой «воли», которая есть не-воля, у вэй, или бодхи, окончательным результатом будет интеграция.
Чтобы могла быть воля и ее результат, должна быть какая-то сущность, ее прилагающая и испытывающая этот результат. Если обнаружится, что такой сущности нет, тогда и воля не сможет существовать, кроме как в виде концепции.Ноуменально воли нет, потому что нет я. Феноменально только спонтанность ненамеренна.Но поняв, что воли нет, можно найти способ стать открытыми, причем именно эта «воля», которая есть не-воля, может освободить нас, кажущихся объектов, от ограниченности, вызванной отождествлением с объективизацией, которой мы никогда не были, не являемся и никогда не станем.

IV Наблюдения

Жить без волеизъявления — это противоречие в терминах (если только не поменять «жить» на «проживаться»).Не реагировать на события в результате понимания этого — значит жить без волеизъявления (или «проживаться»).Интеллектуальное понимание — это обусловленная причина. Интуитивное понимание может быть необусловленной причиной.Ибо причина и следствие разделены во Времени, но Безвременно они одно.

4. Говоря проще
Только объект может страдать, но феноменально субъект и объект, будучи одним целым, вращаются подобно монете, так что интервалы между рйе еС/асе (орлом и решкой) невоспринимаемы. Поэтому боль или удовольствие кажутся непрерывными.Ноуменально, напротив, нет никакого объекта, чтобы испытывать боль или удовольствие. Ноумен неуязвим, по-другому и быть не может. Ноумен — это непроявленныи аспект того, чем мы, чувствующие существа, являемся, а феномен — наше проявление.Поэтому в проявленном состоянии мы должны испытывать боль и удовольствие, а в непроявленном не можем переживать ни то ни другое. Оба аспекта постоянны и одновременны, один подчинен времени (которое сопровождает все проявление, делая развитие событий воспринимаемым), другое — безвременно.Ноумен — безвременное, беспространственное, невоспринимаемое бытие — это то, что мы есть, а феноменальность —- временная, конечная, воспринимаемая чувствами — то, чем мы кажемся как отдельные объекты. Феномены, будучи подчиненными времени, — непостоянные, иллюзорные фикции сознания, но они есть не что иное, как ноумен в проявлении, в контексте сна (одном из нескольких контекстов сна — психических состояний, вызванных сном, наркотиками, удушьем и т. д.). А ноумен — это ничто, ничто на уровне фактов, восприятия, сознания (а значит, объективно), то есть не вещь, кроме как в проявленном феноменальном виде.Таков смысл «загадочных» противоречий, излагаемых мудрецами: «форма есть пустота, пустота есть форма», «сансара есть нирвана, нирвана есть санса- ра», «феномены и ноумены есть одно» и т. д.

10. Абсолютное о нас
Несмотря на видимость обратного, ничто, отличное от концептуального, не совершается чувствующим существом, поскольку чувствующее существо объективно есть лишь фантом, иллюзорная фигура. И ничто не совершается через психосоматический механизм как таковой, кроме производства иллюзорных образов и интерпретаций, так как их существованиетоже кажущееся, воображаемое, или иллюзорное. Все феноменальное существование гипотетично. Все качества чувствующего существа — форма, восприятие, сознание, воля, знание ( , или скопления) — это выдумки ума, который «сам по себе», то есть как таковой, также лишь гипотетичен.Каждое действие, каждое его движение, в протяженности и продолжительности воображаемое таким образом, чтобы его можно было воспринимать органами чувств (то есть в рамках пространства и времени), сновидится, или воображается сновидящим, лишенным качества себя, объективного бытия, — другими словами, гипотетическим умом.Этот гипотетический ум есть Воспринимающее, Различающее Разделение ума в его субъективном аспекте, понимаемом феноменально, и Воспринимаемое, Различаемое Разделение в его объективном аспекте. Но воспринимаемое и есть воспринимающий, различаемое есть различающий, субъективный и объективный аспекты только кажутся двумя в проявленном. Мы есть первое: мы кажемся последним, но в непроявленном они не два.Все сознаваемое — часть фантазии жизни, то, как мы представляем себя, — неотъемлемая часть этой гипотетической вселенной. Чувствующие существа полностью находятся в ней и никоим образом и ни в какой степени не отделены от нее, как они сами часто полагают, когда представляют себя инструментами, через которые формируется объективная вселенная, поскольку она формируется не через них, а вместе с ними — как одним из ее проявлений.Это легче понять на примере сна, который мы рассматриваем из состояния бодрствования, в то время как в сновидении-жизни мы по-прежнему спим. То есть «мы» — персонажи сна, феноменальные объекты сновидящего субъекта в сновидении жизни.Наши снящиеся «я», кажущиеся независимыми, как в жизни, с позиции пробуждения видятся марионетками, начисто лишенными возможности собственного проявления воли. И само сновидение никак не зависит от них, они лишь элементы внутри него. Они, думающие, что живут и действуют независимо, — все снятся, они приводятся в действие так же полно и абсолютно, как марионетки приводятся в действие кукловодом. Такова наша кажущаяся жизнь, на этой кажущейся земле, в этой кажущейся вселенной.Все, что видится во сне, — продукт сновидящего ума, субъектно-объектного процесса, называемого «причинностью», внутри сознания, в котором он возникает. Он неотделим от сознания, он — само сознание, и больше нет ничего, что ЕСТЬ. Но «сознание» по сути — всего лишь концепция: это не вещь, не объект, и потому не имеет субъекта. На него можно только указать как на Непроявленное, и даже такое указание будет лишь проявлением непроявленного.Но эти элементы сновидения, обоих сновидений, не есть ничто в смысле полного отсутствия. С позиции «ноуменальности» они — нечто. Они — то же, что и тот, кому они снятся, что и То-Что-Сновидит их. Все в сновидении есть его сновидящий, а это, как мы видели, — субъективный аспект сознания, поскольку объект и есть субъект — субъект, наполняющий его, живущий в нем. Таким образом, это «нечто»,которым они являются, есть «все»: объективное, феноменальное все, которое субъективно, ноуменально, есть «ничто», но которое как «ничто» остается всем. Полное феноменальное отсутствие, которое есть полное ноуменальное присутствие. Все есть ничто, ничто есть все, поскольку ни то ни другое не существует и не не-существует, и только естъ-ностъ есть, не являясь ни бытием, ни не-бытием.Про воспринимающие существа можно сказать только, что они ЕСТЬ лишь как субъективный аспект сознания (не как объективный аспект), они сновидят вселенную, объективируя ее.

14. Кто может стать просветленным?
Нет никого, кто мог бы пробудиться! Чувствующие существа вообще не существуют как таковые, как указывал Будда в «Алмазной сутре», — так как они могут пробудиться? И что может пробудиться? Они концепции, мыслеформы, объекты — а объекты не могут ни заснуть, ни пробудиться! Какая чушь вся эта доктрина! Это все голословное утверждение, поскольку феноменально они видимости, а ноуменально они не спят.Субъективный элемент ума уже пробужден, и всегда был пробужден, не затрагиваемый какой-либо концепцией времени. Но сновидящий, в расщепленном сознании, очевидно, отождествляется с собственным видимым во сне объектом. Так что отождествленный личный сновидящий всегда должен пробуждаться: именно он всегда пробуждается, а не видимые во сне объекты. Для объектов сна не может быть никакого пробуждения в любом виде или степени сновидения.

16. Видение
Как может существовать «видение»? Конечно же, «видение» ложно, объект не там, он дома, «здесь». Я есть он, он есть я. Как тогда я «вижу» его? Там нет никакого объекта — следовательно, здесь не может быть никакого субъекта.Это все «видимость». Мой глаз и то, что за ним.Вывод прост и очевиден. Нет никого, чтобы «видеть», и «ничего», чтобы быть «увиденным». «Видимое» и есть «видящий», а «видящий» есть «видимое» — таково определение ноумена. То же относится ко всем органам чувств, посредством которых воспринимается феноменальность.«Ноумен» не более реален, чем «феноменальность», поскольку и то и другое — просто концепция разделенного «ума» — шестого чувства, интерпретатора пяти остальных. И все, чем каждое является, — не «там», не «здесь» и вообще не «где».Ни имя, ни какое-то описание нельзя дать тому, что осталось, так как это по определению не объект, потому что, как абсолютная субъективность, оно не может увидеть само себя и, таким образом, не является «вещью», отличной от того, что объективировано как всякая «вещь», то есть вся феноменальность.Таким образом, «это» — окончательное и абсолютное феноменальное отсутствие и отсутствие самой концепции «отсутствия», то есть абсолютное присутствие. Замечание: Феномены — это ноумен, объективирующий себя, или Ноумен есть субъект, объективирующий себя как феномены.

26. Почему мы не можем быть
Все существование объективно.Мы существуем только как объекты друг друга, и как таковые — только в сознающем нас сознании, поскольку наше восприятие друг друга есть действие сознавания в уме и никоим образом не подтверждает эмпирического существования сознаваемого объекта.
Наше объективное существование, таким образом, имеет место только в уме и, следовательно, чисто концептуально.Что касается субъективного существования — разве это не противоречие в терминах? Оно предполагает объективизацию субъекта, который как субъект-объект представляет гипотетическое «бытие», которым мы себя воображаем. Субъективно не может быть никаких «нас».Так, ясно демонстрируется наше тотальное «несуществование», кроме как в виде концепций в сознании.

27. Трансцендентность и имманентность
Я сновижу себя во сне, в котором появляюсь, но таковой, я не объективное (снящееся) явление, то есть не сущность.Пробуждается не объект, иллюзию несвободы вызывает отождествление сновидящего со своим объектом.Пробуждение — это исчезновение, растворение, пропадание объекта. Пробуждение — это конец видимости, испарение сна, или иллюзии.Пробуждение — это исчезновение феноменальности (объективного, всей объективности как таковой). Пробуждение — это обнаружение, что кажущееся объективным на самом деле «субъективно», и видимая сущность исчезла вместе со всей видимостью.

28. Цельное видение
Видеть феномены как ноумен — это истинное видение.Это означает видеть ноуменально, то есть в необъектной связи с «вещами», вместо феноменального видения, находящегося в объектной связи с «вещами».Видеть феноменально — значит видеть феномены как наши объекты.Видеть ноуменально — значит видеть феномены как самих себя, как все, чем они являются, как их источник и как наш источник. Это означает видеть их не как наши объекты, а как их субъект, не объективно, а субъективно, не как «внешнее», а как «внутреннее». Это воссоединение отделенного с целым, которое есть все, что мы собой представляем.Такое истинное видение, таким образом, является не-видением (одной вещи другой вещью), а в абсолютном смысле это и не видение, и не не-видение, поскольку нет ни объекта, чтобы его видеть или не видеть, ни субъекта — за неимением объекта.
Это слияние заново, воссоединение, переотож- дествление разъединенного, восстановление целостности расщепленного ума, возвращение к единости.

У вэй | Синология.Ру

無為 недеяние, отсутствие [целенаправленной] деятельности. Термин кит. философии, в особенности даосизма. Состоит из иероглифа у [1] (отсутствие/небытие; см. Ю – у), выполняющего роль оптативного отрицания, и вэй [1] (деяние, свершение, осуществление), означающего целенаправленный процесс деятельности по достижению конкретного состояния. Согласно прямой дефиниции «Мо-цзы» (гл. 40, опр. 75), «вэй [1] — это стремление к желаемому (юй [1]) на основе исчерпывающего знания (чжи чжи)». Даосы, провозгласив отказ от своевольного целеполагания и высмеяв веру в исчерпывающее знание, выразили в отриц. понятии у вэй принцип невмешательства в естеств. порядок вещей и ход событий ни с этич. (конфуцианство, моизм; см. Мо-цзя), ни с прагматич. (моизм, легизм) позиций. У вэй предполагает, однако, специфич. (органич. и спонтанную) активность в виде «осуществления недеяния» (вэй у вэй), «занятия делом недеяния» (чу у вэй чжи ши), чему присуща универсальная результативность, ибо такова сущность «постоянно бездействующего (у вэй), но все осуществляющего дао» и таково воплощение дэ [1] («Дао дэ цзин», § 2, 3, 10, 37, 51, 63; уточняющие определения даны также в гл. 36 «Гуань-цзы» и гл. 20 «Хань Фэй-цзы»). В «Чжуан-цзы» (гл. 7; см. Чжуан-цзы) у вэй, воплощающееся в самопроизвольном «превращении вещей» (у хуа), приобрело мистич. окрашенность как способность подобного пустоте или зеркалу «совершенного человека» выходить за пределы естества и «побеждать вещи» (шэн у), что стало теоретич. основой для т.н. религ. даосизма и производной от него «алхимии». В противоположность этой тенденции в синтезировавшем даосизм с др. филос. учениями трактате «Хуайнань-цзы» у вэй рационализировано как «следование вещам» (инь у) и «совершение дел в соответствии с принципами» (сюань ли эр цзюй ши; см. Ли [1]). Данную позицию укрепил Ван Чун, отождествивший у вэй с «небесной (природной)» (тянь [1]) «естественностью» (цзы жань), благодаря которой «вещи самоосуществляются» (у цзы вэй) («Лунь хэн», гл. 54). Конфуцианство также признавало принцип «недеяния», но распространяло его лишь на личность императора, к-рый должен быть восприимчиво-пассивным проводником общекосмич. импульсов в социальную сферу («Лунь юй», XV, 4). Согласно конфуцианству, из круга деятельности «благородного мужа» (цзюнь цзы) исключались «малые пути (дао)» (там же, XIX, 4) и она существенно ограничивалась в экстремальных ситуациях — траура или отсутствия дао в государстве (там же, XVII, 21, VIII, 13).

Благодаря даос. распространению принципа у вэй на природу в целом впервые проникшее в Китай христианство в несторианской версии было оценено как «проповедующее недеяние» (указ императора Тай-цзуна 638 г. на Сианьской стеле).

Литература:
Древнекитайская философия. Т. 1. М., 1972; т. 2, 1973, указа-тель; Древнекитайская философия. Эпоха Хань. М., 1990, указатель; Уотс А. Дао – Путь воды. К., 1996, с. 113 – 144; Фэн Ю-лань. Краткая история китайской философии. СПб., 1998, указа-тель; Loy D. Wei-wu-wei: Nondual Action // PEW. 1985, vol. 35, № 1.

Ст. опубл.: Духовная культура Китая: энциклопедия: в 5 т. / Гл. ред. М.Л.Титаренко; Ин-т Дальнего Востока. - М.: Вост. лит., 2006. Т. 1. Философия / ред. М.Л.Титаренко, А.И.Кобзев, А.Е.Лукьянов. - 2006. - 727 с. С. 450-451.

ву-вэй — с русского на все языки

  • Вэй — Содержание 1 История 2 Фамилия 3 Топонимы 4 См. также …   Википедия

  • Вэй (царство — Вэй (царство, Чжаньго) царство Вэй ( печать, 220 до н. э.) Данная статья посвящена царству Вэй (魏) периода Сражающихся Царств. В истории Китая существовали также другие государства или княжества Вэй в частности, царство Вэй (魏) эпохи Троецарствия …   Википедия

  • ВЭЙ ЮАНЬ — Вэй Ханьши, Вэй Мошэнь (1794 1856(7)), китайский философ неоконфуцианец, ученый энциклопедист, литератор и политический деятель, представитель школы новых текстов ( школы текстов новых письмен ), воссозданной в 18 в. Родился 23 апреля 1794 в… …   Энциклопедия Кольера

  • Вэй Шоу — кит. трад. 魏收 Род деятельности: историк Дата рождения: около 506(0506) …   Википедия

  • Вэй Юань — (1794 1856) конфуцианский учёный, политический деятель Китая эпохи Цин. Содержание 1 Биография 2 Политические взгляды 3 Влияние …   Википедия

  • ВЭЙ БОЯН —     ВЭЙ БОЯН [ок. 100, Шанюй (современная провинция Чжэцзян) ок. 170] один из основателей китайской алхимии. Родившийся в аристократической семье Вэй Боян отказался от чиновничьей карьеры и пожелал приобщиться к даосским искусствам. В поисках… …   Философская энциклопедия

  • Вэй Вэй (значения) — Вэй Вэй: Вэй Вэй китайская поп певица, автор песен и актриса. Вэй Вэй китайская баскетболистка, центровая клуба «Гуандун Долфинс» и национальной команды Китая …   Википедия

  • Вэй Илинь — (кит. упр. 危亦林, пиньинь: Wēi Yìlín; 1277, Наньфэн, Цзянси 1347) врач в Китае эпохи Юань. Известен своим крупным медицинским справочником «Шии Дэсяофан» (кит. трад. 世醫得效方, упр. 世医得效方, пиньинь: Shìyī Déxiàofāng, буквально: «Эффективные формулы… …   Википедия

  • Вэй Ляо-цзы — (кит. трад. 尉繚子, упр. 尉缭子, пиньинь: Wèi Liáozi)  китайский военный трактат, один из семи классических трактатов. Вероятно, был создан в конце IV века до н. э., в эпоху Сражающихся царств. История Автором трактата является китайский …   Википедия

  • Вэй Северная — (Тоба Вэй), государство и династия в 386 535 на территории Северного Китая. Основано Тоба Гуем  вождём племён тоба. * * * ВЭЙ СЕВЕРНАЯ ВЭЙ СЕВЕРНАЯ (Тоба Вэй), государство и династия в 386 535 на территории Сев. Китая. Основано Тоба Гуем вождем… …   Энциклопедический словарь

  • Вэй Се — – (2я пол. IIIв. – 1я пол. IVв.) – китайский художник. Вэй Се известен только из древних трактатов; ни одного произведения этого мастера не сохранилось. Он работал в государстве Западная Цзинь, существовавшем в 265 316 годах, и имел там звание… …   Википедия

  • Вэй У Вэй

    Вэй У Вэй – псевдоним человека, написавшего в период с 1958 по 1974 г.г. серию бесценных книг, разъясняющих все тонкости учений недвойственности – не только адвайты, но и буддизма (чань и дзэн), и даосизма. Глубоко философские и поэтичные, эти книги оставляют неизгладимое впечатление на всех, кто берет их в руки.

    Настоящее имя этого неординарного человека – Терренс Грей (1895 – 1986). Он родился в Англии в семье богатых ирландских аристократов. Учился в самых престижных заведениях Англии – Итоне и Кембридже, но с учебой у него не заладилось – Итон он покинул через два года, а его учебу в Кембридже прервала война.

    Тем не менее, его личность невероятно многогранна – он был ученым и писателем, исследователем, египтологом, историком, публицистом, писал пьесы для театра, был театральным режиссером, продюсером и директором, виноделом, владельцем скаковых лошадей, путешественником и мистиком.

    Он был дважды женат, оба раза на дочерях русских аристократов. Первая жена была из семьи Римских-Корсаковых, вторая была принцессой Грузии. Его конь по имени Заратустра выиграл Золотой Кубок, победив на королевских скачках в Аскоте. Созданный им экспериментальный театр в Кембридже под названием Festival Theatre стал знаменит на всю Европу и перевернул британские представления о театре. Несколько раз он приезжал в Россию и написал несколько книг о «новом советском театре». Некоторое время он жил в Мексике, изучая культуру ацтеков, и, вернувшись в Англию, взял себе псевдоним Кецалькоатль. Затем он все бросил и уехал во Францию. Потом он путешествовал, был в Индии, Китае, на Тайване, в Японии. Об этом периоде его жизни известно крайне мало. Достоверно известно лишь, что он несколько раз посещал Раманашрам в Тируваннамалае и встречался с Раманой Махарши.

    Именно в этот период он начал писать под псевдонимом Вэй У Вэй. Под этим именем он выпустил семь книг, а восьмую – последнюю – написал уже под псевдонимом О. О. О. (ноль в кубе, как он сам выразился).

    Этот удивительный человек всю жизнь пытался быть невидимым, скрываясь за псевдонимами и отказываясь фотографироваться, и в то же время жил такой яркой жизнью, что его невозможно было не заметить.

    Тэ Вэй — Википедия

    Материал из Википедии — свободной энциклопедии

    В этом китайском имени фамилия (Тэ (фамилия)) стоит перед личным именем.

    Тэ Вэй, другие варианты имени: Те Вей, Тэ Вей, Те Вэй (кит. трад. 特 偉, упр. 特 伟, пиньинь: Te Wei, 22 августа 1915, Шанхай, Китай — 4 февраля 2010, Шанхай, Китай), — китайский художник и аниматор. Лауреат международных и национальных кинофестивалей.

    Начинал карьеру как художник-карикатурист в 1935 году. Тэ Вэй — руководитель мультипликационной студии Нового Китая с 1949 года. В 1957 году мультипликационные студии были включены в состав Шанхайской киностудии. Тэ Вэй стал руководителем её мультипликационного отдела и был им до 1985 года (с перерывом).

    Первый мультфильм «Спесивый генерал» (1956) снят им под влиянием школы Уолта Диснея.

    С 1960 года стиль анимации Тэ Вэя испытывает сильное влияние художника Ци Байши. Мультфильм «Где же мама?» был предназначен на детей младшего возраста, но выполнен в стиле акварелей Ци Байши и школы Гохуа, как галерея оживших рисунков. Анимация выполнена в национальной технике живописи тушью.

    Снял в 1963 году мультфильм «Пастушья свирель» (совместно с Qian Jiajun), получил за него Приз Международного кинофестиваля в Оденсе в 1979 году. «Пастушья свирель» находится на 68 месте в списке 150 лучших анимационных лент, составленном на фестивале ЛАПУТА-2003 году в Токио[1].

    Студия не проводила съёмок между 1967 и 1972 годами. Многие работы студии (в том числе «Пастушья свирель») были запрещены к показу в Китае до рубежа 1970—80 годов. Уже за два года до начала Культурной революции, работы Тэ Вэя критиковали из-за того, что они не отражают классовой борьбы. Режиссёр был арестован, подвергнут пыткам, а затем отправлен на тяжелые работы на свиноферме. Режиссёр рассказывал впоследствии[2]:

    «У меня в комнате был стол, а на нем — стекло. Я нарисовал на нем множество картин. А когда слышал звуки приближающейся стражи, стирал рисунки мокрой тряпкой. Я рисовал образы из своего воображения так, будто видел их наяву. Такая способность появилась у меня, благодаря работе в анимации. Позже, когда моя работа заключалась в том, чтобы кормить свиней (вместе с моим коллегой, другим аниматором А Да), я видел славных маленьких поросят и думал, как буду их рисовать и одушевлять, когда выберусь отсюда. Одной большой толстой свинье мы дали имя Ву Фа Сьянь в честь одного из Банды Четырех».

    Об этом периоде китайской анимации был снят мультфильм российского режиссёра Дмитрия Геллера «Маленький пруд у подножия великой стены», посвящённый именно Тэ Вэю[3].

    В 1985 году Тэ Вэй смог вернуться к мультипликации (сняв полнометражный фильм «Король обезьян покоряет демона» совместно с Lin Wen Xiaо и Ding Xian Yan). Большое влияние на режиссёра оказала встреча с Полем Гримо в Париже в 1985 году. В 1988 году снял совместно с Yan Shanchun и Ma Kexuan мультфильм «Впечатления от гор и вод»[4]. Фильм рассказывает о старом музыканте, который обучает ребенка, но состоит из пейзажей и изображений птиц, животных и рыб в движении, сопровождается исполнением сочинений на цине (китайском цитроподобном инструменте). Мультфильм был представлен на многих международных кинофестивалях и получил значительное число наград. Надежда режиссёра на свободное творчество тем не менее не оправдалась: развиваться в Китае стала не авторская, а индустриальная анимация. Больше режиссёр уже не снимал.

    Получил Почётный приз в мае 1995 года на фестивале в Анси из рук Мишеля Осело. В 2005 году награждён за по совокупности заслуг за творчество Шанхайской студией, в честь юбилея был выпущен двойной DVD с его мультфильмами и дополнительными материалами о самом режиссёре.

    Год Фильм Китайское название Награды
    1956 Спесивый генерал 驕傲的將軍
    1960 Где же мама?, Головастики ищут маму[5] 小蝌蚪找媽媽 Annecy International Animated Film Festival 1962 — Children’s Film Award
    1963 Пастушья свирель[6] 牧笛
    1964 Хорошие друзья 好朋友
    1985 Король обезьян покоряет демона 金猴降妖
    1988 Впечатления от гор и вод[7] 山水情 Montréal World Film Festival 1990 — Montréal Grand Prize (Short Films)

    Музыка к мультфильму «Пастушеская свирель» принадлежит композитору Ву Инцзю[8], но основана на традиционных мелодиях и получила широкое распространение, воспринимаясь как фольклор:

    
\transpose g a {   %将C调转为E调,显示效果与固定调写法相同
  \relative c 
\transpose g a {   %将C调转为E调,显示效果与固定调写法相同
  \relative c

    [9]

    • Art, Politics, and Commerce in Chinese Cinema. Ying Zhu i Stanley Rosen. Editors. Cap. 7. John A. Lent i Ying Xu. Chinese Animation Film. From Esperimentation to Digitalization. Hong Kong University Press.ISBN 978-962-209-175-7. P. 116—119, 121.
    • Rolf Giesen. Chinese Animation: A History and Filmography, 1922—2012. McFarland&Co Inc 2015. ISBN 978-1-4766-1552-3.